Читаем Предчувствие конца полностью

— И пьет, и избивает свою супругу! — радостно подтвердил старик. — И, заметьте, уже не в первый раз! Живут всего неделю…

— Вы полицию вызывали?

— А как же! — улыбнулся Александр Арнольдович. — В самый первый раз, когда среди ночи вот такое началось, я лично вызвал наряд!

— И что? — хмуро спросила я, уже зная ответ.

— Да ничего! Как приехали, так и уехали. Сказали — дело семейное.

Да, знакомая картина…

— А участковый приходил?

Сосед возвел глаза к потолку:

— У нас в очередной раз новый! Приходил какой-то, извините меня, нерусский мальчик. Мне показалось, он сам его боялся, этого Дениса…

— Денис — это новый сосед?

— Ну конечно!

— Хорошо. Чего вы хотите от меня? — терпеливо спросила я. С соседями лучше жить в мире и дружбе — я всегда придерживаюсь этого нехитрого правила, и оно ни разу не подводило. Именно соседи — те самые пенсионеры с собачкой — как-то раз предупредили меня, когда под нашу дверь подложили взрывное устройство…

Старик замялся и отвел глаза. Очевидно, его смутил мой вид: я была худой и бледной, под глазами синяки, а уж как выглядят после больницы мои вены — наркоману и не снилось.

— Я… хотел попросить вас урезонить этого типа. Так сказать, вразумить… сам я человек сугубо мирный, у меня гипертония…

Голос соседа становился все тише, и наконец Александр Арнольдович совсем замолк. Что ж, все-таки он, несмотря на семидесятипятилетний возраст, мужчина. А просит женщину о помощи… Ну тут как раз ничего удивительного нет.

Дело в том, что я телохранитель.

В первый год по приезде в Тарасов я старательно скрывала от окружающих, чем именно занимаюсь. Вообще-то в профессии телохранителя нет ничего такого, чего стоило бы стыдиться. Но я старалась разделять личную жизнь и работу. Наивная… Как только стало известно, что я больше не переводчица и репетитор (первые пару месяцев я занималась именно этим), как ко мне потянулись жильцы нашего многоквартирного дома. У одного угнали машину, и он был уверен, что я смогу ее разыскать. Другой предлагал мне «прокатиться» с ним и выбить долг из жадного свояка. Соседка жаловалась, что ее обижает муж… Ну и так далее.

Сколько я ни отбрыкивалась, объясняя, что я не Бэтмен, не Супермен и не Розовая пантера, — все было напрасно. Люди на полном серьезе говорили мне, что им не к кому обратиться. Несколько раз я действительно сделала то, о чем меня просили. К примеру, вправила мозги сильно поддающему Васе, который приобрел нехорошую привычку отбирать пенсию у старушки-матери. И пошло-поехало!

Вполне объяснимо, почему сосед явился именно ко мне… Вот только я не уверена, что смогу сделать то, о чем меня просят.

Кажется, Александр Арнольдович прочел в моих глазах отказ, потому что он снова прижал руки к груди и произнес:

— Ну, может быть, вы хотя бы попробуете воздействовать на этого типа, так сказать, словесно? Вы, уважаемая Евгения Максимовна, умеете говорить с людьми как-то так, что они вас слушаются…

О, да! Умею, это точно. Вот только рецепт моей убедительности прост: когда я смотрю злодею в глаза, он точно знает: еще минута, и я ему как следует врежу! Потому и слушается…

Вопли и звон стекла стали еще громче. Что у него там такое — стеклянные витрины с экспонатами? Или коллекция богемского хрусталя? Мы трое прислушались к доносящемуся их нехорошей квартиры шуму. «Не надо! Нет!» — совершенно явственно выкрикнул женский голос.

— Ну хорошо, — сказала я с некоторым сомнением. — Я попробую с ним поговорить. Но ничего особенного не обещаю. Не вижу причин, по которым он должен меня послушаться.

— Евгения Максимовна, мы в вас верим! — вдохновенно сверкнул глазами сосед.

— Лучше вызовите полицию, а? — тоскливо попросила я, накидывая куртку.

— Женя, не надо! Не ходи туда! — Мила попыталась ухватить меня за рукав.

— Тетя, успокойся! Я же не собираюсь с ним драться…

В четыре шага я пересекла лестничную площадку и позвонила в дверь напротив. Крики и звон сразу стихли.

Щелкнул замок, дверь приоткрылась. В проеме показались глаз и часть заросшей щетиной довольно пухлой щеки. Причем, возникло все это на уровне выше моего роста, а ведь во мне метр восемьдесят. Ну и амбал!

— Добрый день… э, простите, добрый вечер! — поправилась я. — Я ваша соседка, живу напротив. Дело в том, что из вашей квартиры доносится шум, и мы с соседями решили проверить, все ли у вас в порядке.

Амбал молчал, глаз двигался, медленно сканируя лестничную площадку. Похоже, этот парень соображает с трудом — как динозавр, которого кусают за хвост, а его голова об этом еще не догадывается…

— Так как? — поинтересовалась я.

— Что? — вступил наконец в диалог мужчина.

— Так как насчет порядка? У вас все порядке, надеюсь? Или вот-вот будет в порядке? — в моем голосе звучал намек, которого не понял бы только исключительно тупой человек. Но, похоже, мой собеседник был именно таким. В смысле, исключительно тупым.

Амбал открыл рот. Я напряглась. За моей спиной маячили обеспокоенные тетушка и интеллигентный сосед. Представляю, какой отборный мат польется сейчас из этой пасти!