Читаем Предавшие СССР полностью

26 августа 1991 года пресс-секретарь Президента РФ Павел Вощанов заявил о том, что перед республиками, провозгласившими независимость, Россия «оставляет за собой право поставить вопрос о пересмотре границ».[1072] Тем самым, российское руководство попыталось угрожать, объявив, что пересмотра границ не будет, пока республики останутся в союзе с Россией. Тогда они ещё полагали, что «СССР является формой существования России». Это из области тогдашнего патриотизма.

Но также находилось и демократическое обоснование: «историческая миссия России — нести демократию в среднеазиатский оплот реакции».[1073] Однако все это было напрасно.

«Первые же попытки правительства России продекламировать курс на защиту национальных российских интересов были дружно встречены „в штыки“ бывшими союзными, ныне суверенными республиками. Последовали обвинения России в новых „имперских амбициях“, в стремлении подменить собой бывший союзный Центр».[1074] Вот как реагировали на выступление Вощанова противники такой роли Российской Федерации: «… 26 августа Россия приняла на себя уже функции центра, собирателя земель. Ведь иначе как давление на республики, провозглашающие свою независимость, расценить это заявление нельзя».[1075]

С резкой критикой выступила группа «Независимая гражданская инициатива» (, Е.Г. Боннер и другие). Патриотические лозунги были тогда не особенно популярны.[1076] И довольно быстро учёл критику, и патриотическая терминология в его речах исчезла. Ему нужна была власть, а для этого хороши были любые реальные союзники.

Даже политические противники первого российского президента соглашались, «вряд ли лично был идейным противником Союза республик во главе с Россией, но ситуация обязывала его во имя власти делать ставку именно на развал союзного центра с президентом. Политическая конъюнктура предопределила принципиальные решения о судьбе будущего государства».[1077]

«Руководители бывших союзных республик, откровенно презиравшие за словоблудие, также открыто опасались оказаться под контролем крутого на руку, властолюбивого ».[1078]

Не сыграв роль спасителя Советского Союза, первый президент РСФСР, похоже, переключился на роль правителя России. Красивых слов было сказано не мало. «Россия — единственная республика, которая могла бы и должна стать правопреемником Союза и всех его структур», — заявил государственный секретарь РСФСР на встрече с депутатами парламента республики. Это было 2 октября. А с 1 ноября Российская Федерация прекратила финансирование тех союзных министерств, которые не были упомянуты в Договоре об экономическом сообществе.

Можно предположить, что приближённые нашёптывали первому президенту РФ идеи о том, что через установление контроля над союзными структурами можно не только избавиться от первого президента СССР, но и потом возродить союзное государство. Теоретически это могло казаться осуществимым. Однако идея оказалась нереализованной, то ли так хотели, то ли так могли. Но после этого в своей ошибке (или обмане?) не сознаются ни обманывающие советники, ни обманутый «хозяин». Кому же хочется выглядеть дураком или обманщиком?

В это же время прочие союзные республики были не прочь прибрать к своим рукам все что можно.[1079] Они сами брали все союзное имущество (включая военную технику), находящееся на территории соответствующей республики. Впрочем, иногда начинались споры о принадлежности имущества, находящегося на другой территории. Коснулось это и архивов госбезопасности, вывезенных из некоторых республик на территорию РСФСР.

5.16.6. сначала загадочно молчал, укрывшись в санатории в Сочи, и, хотя его пресс-служба намекала на то, что он пишет новую книгу (и этот в творчество рванул!?), считали, что он проходит очередной курс «реабилитации» после августовский треволнений и, стало быть, в данный момент не представлял прямой угрозы.[1080] Сам напишет, что он просто пытался осмыслить то, что произошло.[1081]

А в это время великая держава доживала свои последние дни. Кто виноват?[1082] Кстати, у этого вопроса может быть и уголовным оттенок. Измена Родине, т.е. деяние, умышленно совершённое гражданином СССР в ущерб суверенитету, территориальной неприкосновенности или государственной безопасности и обороноспособности СССР признавалась преступлением по статье 64 УК РСФСР. Формой такого преступления мог быть заговор с целью захвата власти.

Однако отойдём от уголовной терминологии, в конце концов, суд пока ещё не начался (хотя, вряд ли, и вообще начнётся). Но ущерб территориальной неприкосновенности, государственной безопасности и обороноспособности СССР (а вместе с ней и основной части Союза — России) явно имел место.

По мнению Николая Леонова (начальник ИАУ КГБ СССР): «…СССР не распался сам собой… а был ликвидирован группой национал-сепаратистов, среди которых и играли, без сомнения, ведущую роль. Причём руководила одна навязчивая идея: как можно скорее и радикальнее избавиться от, которого он презирал и ненавидел до глубины души».[1083]