Читаем Предательство страсти полностью

— Да хоть лысым чертом! — в сердцах посланник сорвал с себя парик, несколько секунд он мял его в руках, а затем обернулся к Александру, лицо его заметно смягчилось, и даже выразило страдание. — Думаете, мне не жаль эту несчастную? Думаете, сердце мое не сжимается, когда я представлю, каким издевательствам ее подвергнут эти протестантские ханжи? Их женщины столь же лицемерны, как и распутны…

— Вы ли это говорите? А я-то думал, что вы более высокого мнения о немецких женщинах, — не удержался от колкости Салтыков, имея в виду причину отъезда посланника из России, а именно: несчастную влюбленность в императрицу, которая со временем стала ей докучать.

— Не вам меня судить, — оборвал его посланник. — Так можете ли вы объяснить, за каким чертом вы отказались от привилегий путешествия под своим настоящим именем, и назвались актером? Поскольку мы с вами из одного ведомства, полагаю, вы можете быть откровенны.

Что ж… Извольте. В начале этого года к нам попало письмо от некоего нотариуса Батистена. Точкой отправления его значился Висбаден. В этом письме нотариус рассказывал, что некто Гертруда Риппельштаин передала ему на хранение бумаги, компрометирующие ее хозяина, виконта де Грийе, и бумаги эти, как писал достопочтенный мэтр Батистен, очень были бы интересны для России и еще ряда европейских держав. Уже много лет витали слухи о том, что де Грийе собрал какие-то колоссальные сведения, компрометирующие некоторые европейские семьи. Как вы понимаете, ценность такого архива огромна! Честный нотариус предложил нам купить этот архив за баснословную сумму, иначе он угрожал передать его англичанам. Кроме того, он сообщил, что сама Гертруда Риппельштаин и не подозревает, что на самом деле она выкрала у своего хозяина, потому что неграмотна. Де Грийе сказал шантажистке, что это всего-навсего его долговые расписки. Хорошо, нотариус приобрел привычку читать все документы, которые оставляли ему на хранение!

Посланник невольно улыбнулся.

— Да уж! Первое время я никак не мог привыкнуть к тому, что каждое мое высочайшее донесение государыне прочитывается как минимум канцелярией Марии-Терезии, ею лично, верховным канцлером и еще парой-тройкой генералов. У нас конечно, тоже читают… Но не до такой же степени! Но я отвлекся, продолжайте, мой друг. Дело в высшей степени интригующее.