Читаем Предательство страсти полностью

Несчастная женщина, которую лишили надежды на настоящую любовь, ищет спасения в чужих, придуманных страстях. Увы, таков удел многих женщин жестокого и циничного восемнадцатого столетия, когда деньги значат больше, чем душа. Ища спасения, пытаясь обрести утраченную веру в возможность земного счастья, Мари просто потерялась среди пожелтевших страниц и кожаных переплетов. Ланселот, Тристан, Ротгер — все эти образы были для нее всего лишь тенью того единственного, желанного мужчины, по которому тосковала ее измученная, такая одинокая душа. Возможно, такая иллюзия спасала ее от жестокой реальности, в которой есть Рихард, женившийся на виноградниках и думающий только о них, а еще о сыне, которого Мари никогда не сможет ему дать. Но есть и другая сторона. Заблудившись среди выдуманных героев, баронесса утратила возможность увидеть что-то настоящее, подлинное, что, возможно, находится совсем рядом… Граф Салтыков почувствовал, как болезненное чувство безысходности затопляет его сознание. Ведь он ничего не может сделать, чтобы спасти Мари от нее самой! Слишком много боли она пережила, слишком много разочарований, слишком много обманов. Все это заставило ее прижаться к Сен-Мартену, как частичке прошлого, в котором жили надежды, мечты и вера в любовь.

— Кстати, мне доложили, что баронесса покинула замок, — как ни в чем не бывало, сообщил Рихард своему гостю. — И Клод Сен-Мартен поехал с ней. Если вы еще рассчитываете занять место в ее сердце, то вам лучше поторопиться.

— Когда они уехали? — Александр вскочил, предчувствие неминуемой беды вдруг вспыхнуло в его сознании.

— Еще до обеда. Кажется, сразу после моего разговора с Мари, а это было в половине первого, — Рихард допивал третий фужер коньяка и, казалось, уже полностью забыл обо всех своих неприятностях.

— Черт возьми! — Салтыков вскочил. — Простите меня, барон! Я вынужден откланяться!

— Спокойной ночи! — крикнул Рихард вслед Александру.

Но тот его уже не слышал. Грохот его сапог стремительно удалялся.

— Скачи, скачи…. — пробормотал барон себе под нос.

Когда шаги графа затихли, барон отставил коньяк в сторону и позвонил. Полусонный лакей появился в дверях и привычно спросил, что желает его светлость.

— Прикажи закладывать экипаж. Четверкой. Как только появится префект — сразу проводи его ко мне.

Слушаюсь, — ответил слуга и удалился. — Ну и суматоха…. — пробормотал он себе под нос, спускаясь по лестнице. Сначала спешно уехали баронесса и этот Сен-Мартен, только что граф Салтыков крикнул, чтобы ему подавали оседланную лошадь, а теперь и сам барон куда-то собрался, на ночь глядя. — Эх, почему бы им было не уехать всем вместе? — лакей шел в конюшню, и всю дорогу ворчал о сумасбродности его господ.

Мари фон Штерн ехала в дом своих родителей, переживая полнейшее смятение собственных чувств.

Ее брак с Рихардом очевидно распался и уже вряд ли когда-нибудь удастся восстановить их отношения. Мари винила себя почти во всем. Что не была достаточно нежной и внимательной с ним, что отказывалась выезжать в свет, что не смогла произвести на свет ребенка. Но с другой стороны, ей беспрестанно грезился молодой Александр Салтыков. И она также отчаянно корила себя и за то, что отвергла его тогда, в этой аллее. Ведь кто знает? Может быть, он был искренен в своих чувствах? В любом случае, это теперь не имеет значения, когда рядом Клод. Мари больше не совершит ошибки. Нужно беречь любовь. Она не откажется от нее во второй раз. Тем более что судьба так великодушно даровала ей второй шанс.

Мари задумалась, как же ей жить дальше? Раньше рядом были родители, потом Рихард и Лизхен… Несчастная Лизхен! Можно ли поверить в то, что родная мать может так поступить со своим ребенком?! Обречь на душевные муки, вселив сомнения относительно своего происхождения, и тем самым привести к гибели. Мари искренне верила, что если бы не то роковое письмо от Гертруды Риппельштаин, то Лизхен была бы сейчас жива и, может быть, даже счастлива.

— Клод, я хочу спросить тебя, — баронесса обратилась к своему молчаливому спутнику, — о масонах. Расскажи, как ты стал магистром.

— Это скучно, Мари. Однажды я опубликовал небольшой трактат о провидении, о том, что нет ничего случайного в этом мире, что Бог играет нами словно кусочками мозаики, желая получить какую-то картину. Через некоторое время ко мне пришел человек и приказал следовать за ним. Не я выбрал орден — орден нашел меня.

— И это не случайно, — заметила Мари с улыбкой.

— Нет.

— И ты не случайно прибыл в наш замок?

— В понимании обычного человека, я действительно случайно проезжал мимо, но если подумать, то получится, что все это часть божественного замысла, — Клод засмеялся.

— Ив чем он, по-твоему, состоит? — Мари приподняла бровь.