После молитвы я разжег костер и поджарил хлеб. Ассоль лежала на снегу, игровая спесь с нее сошла, и она хмурилась, если так можно выразиться в отношении собаки. Впрочем, что же собаки, животные? Может быть, им доступно то, что скрыто от нас, людей, утерявших природное чутье и природное понимание сути вещей, происходящих в мире. Вот взять хотя бы этих странных оленей, уведших Арсения Бог весть куда, они-то будто указывали ему путь, вели за собой. Значит, они своеобразные проводники туда, куда для всех путь закрыт, путь в тайну.

Вдруг я вспомнил давний эпизод из нашей эпопеи обживания дальней пустыньки. Это было поздней осенью, скорее это было накануне 1993 Нового года. Верно! — размышлял я. Тогда мы пробирались сюда на машине, завезли сухую смесь из песка и цемента для заливки пола. Да что же это я! Это было 31 декабря 1992 года. С утра шел мелкий дождик, но мы, несмотря на канун праздника, отправились работать. Поездка была незабываемой, ибо дороги — сущее масло, машина с трудом доползла сюда. Потом мы скоро сделали свое дело и пустились в обратный путь. Темные силы мстили нам, и мы не могли проехать в одном месте. Подъем был с изгибом, и вот на повороте машина увязла и никак не хотела продвигаться вперед. Как мы ее ни толкали, ничего не выходило, из-под колес шел пар и дым от их быстрого вращения, но вверх машина не шла. Тогда мы поехали объездной дорогой. Дождь усилился, стало темно, и мы неслись как на крыльях в темную бездну, ибо ничего видно не было. Слету запрыгивали в огромные лужи, грязь с водой поднималась в воздух и залепляла видовое стекло. Только на большой скорости можно было проскакивать сложные участки, иначе завязнешь и встречать Новый год будешь здесь, в лесу.

Только мы, такие ненормальные, безумные, могли 31 декабря отправиться в лес на работу, когда нормальные люди сидели дома, наряжались, накрывали на стол в предвкушении сладкого времяпрепровождения. Мы сами выбрали этот путь, скорее что-то свыше побуждало делать так, а не иначе…

Впрочем, что это я вспомнил именно тот день? Ах да! Как только мы отъехали от дальней пустыньки, в лесу увидели оленя и олениху! Это нас удивило, но мы слишком торопились и ехали на большой скорости, чтобы разглядывать эту странную парочку. Они стояли близко к дороге, в лесной чаще, и оттуда смотрели на нас. Удивительно было то, что их не испугала машина и они не сбежали подальше от людей, будто хотели нам себя показать. Зачем?

Только теперь я вспомнил об этих лесных жителях. Может быть, не случайно они тогда нам встретились?

Я спустился к реке и вынул из внутреннего кармана кораблик. Расправил его и смотрел на бегущую воду, чувствуя себя ребенком, который поверяет свое сокровенное, самое главное желание листку бумаги. Я вспомнил о Мишутке из детского дома, который верил в свой кораблик, и его желание сбылось. Может быть, тогда и мое сбудется?.. Если очень-очень верить…

Глава 13

За окном мелькали горы. Я трясся в вагоне и сидел примерно на том же месте, что и тогда, когда мы вместе с Арсением в предновогодний вечер ехали в детский дом.

— Почему же ты раньше об этом не подумал?! — укорял я себя за то, что не навещал Мишеньку с тех самых пор, как мы праздновали вместе в лесу волшебный Новый год — Как же я так, не вспомнил о ребенке! — досадовал я, но с другой стороны, мне было приятно, что я уже исправляю свою ошибку. Я заготовил скромные подарки, какие раздам детям. И вдруг я опомнился от радужных размышлений, подумав, а что я скажу Мише о его дедушке, роль которого сыграл Арсений? Вот незадача! — мигом омрачилось мое настроение. Мальчик так ждал своего деда Андрея, наконец встретился с ним, а дед вновь пропал. Я начал перебирать все возможные варианты обмана, чтобы не ранить лишний раз наивное детское сердце, и ничего подходящего не находилось. Сказать, что он уехал? Куда, зачем? Нет, не подходило. Сказать, что заболел? Тем более расстроить мальчугана. Так и не нашелся я в своей хитрости. Может быть, как-нибудь обойдется, заключил я.

Однако по мере приближения к детскому дому я вновь стал придумывать отговорки, где же Мишин дедушка. Ребята играли за забором. Я выискивал между ними Мишу. Они катались с горки. И вот он, Миша.

— Миша! — окликнул я мальчугана и тот повернулся в мою сторону. Узнает ли меня, подумал я.

Раскрасневшийся мальчик подбежал ко мне с радостным криком приветствия:

— Здравствуйте!

— Здравствуй, Миша, извини, что я не приходил так долго, — замялся я. — Вот тут тебе и ребятам гостинцы.

Я протянул через забор ему пакет. Миша подхватил пакет и прильнул к забору. Я подумал, что сейчас он задаст тот самый, главный вопрос, но он, махнув мне рукой, чтобы я приблизился к нему, заговорчески прошептал:

—У меня есть тайна! — глаза ребенка выразительно горели и пристально смотрели на меня. — Поклянитесь, что никому не скажете!

— Клянусь.

— Дедушка пришел ко мне, он сейчас тут со мной!

Я не знал, как отреагировать на ребячью выдумку и прямо спросил: — Как это с тобой?