Читаем Правоверный полностью

— Мне не нравится, что о нашем присутствии в Пешаваре знают многие. Хотя я и сомневаюсь, что кому-то известно, кто мы такие на самом деле и для чего находимся здесь… но все же разговоры о нас, мне не нравятся.

Несколько раз он спрашивал Фила, как хорошо тот знает языки на которых говорят афганцы. Успокоился лишь тогда, когда проверил того через другого переводчика, в одном из разговоров с ними.

Большую часть эти два «медика» и «журналист» проводили в беседах с неким Рахматуллой Сафи. Большинство этих бесед проходили без участия Фила. Позднее ему стало известно, что Рахматулла Сафи (персонаж подлинный), бригадный генерал пакистанской армии и является старшим военным советником при организации «Борцы за свободу Афганистана».

Как рассказал позднее Филу Джад Йенсен, Рахматулла Сафи прошел специальную подготовку в учебном центре США, Форт-Брагге.

Что, что, а Форт-Брагге Филу был известен, как учебный центр по подготовке кадровых частей особого назначения, иными словами, — диверсантов.

Казалось бы все было готово, но «поход» в Афганистан неожиданно был отложен до особого распоряжения. А потому, вся группа, ездила по лагерям, где моджахеды проходили военную подготовку. Иногда в поездке по лагерям генерала Сафи подменяли его подчиненные: когда полковник Асадулла, а когда полковник Акахмед, знакомый Филиппа еще по 1983 году. Узнал его Акахмед, или нет, Филу в конечном итоге было безразлично. По крайней мере, Акахмед свое знакомство с ним не афишировал.

Наконец наступил день, когда Тортона, Йенсена, Моугэна и, конечно Филиппа Джексона, познакомили с полевым командиром моджахедов Сулейманом, группа которого и будет сопровождать их на территорию Афганистана.

Грубоватый афганец, черная борода и воинственный взгляд которого, произвели на американцев далеко не благоприятное впечатление, когда Фил перевел объяснение Йенсена, что сопровождать придется груз медикаментов, громко захохотал:

— Какие к шайтану медикаменты! Мне сказали, что будем перевозить оружие! Но на переправку оружия, мне должны представить разрешение пакистанских властей. Спроси этого рыжего, есть у него это разрешение?

И сразу все стало на свои места. Этот вопрос и был тем самым ответом на поведение американцев в отеле «Гринз».

Разрешение пакистанские власти на провоз этих «медикаментов», представили американцам уже на следующий день.

Перед отправкой, вся группа переоделась в афганскую национальную одежду. Однако, «как не ряди козла…», в итоге так и получилось. Афганский маскарад отставили, а снабдили всех троих документами граждан ФРГ. Этим оправдывалась европейская внешность членов группы. Во-вторых, если что случится, инцидент придется расхлебывать не Вашингтону, а Бонну… Так, сказать, союзникам по борьбе…Всем вручили оружие, — автоматы АК-47.

Режим секретности соблюдался американцами очень строго. Не смотря на то, что сопровождавшие их моджахеды знали истинное предназначение груза, Йенсен с непонятным упорством, продолжал именовать его медицинским.

Через три дня груз был доставлен в лагерь. Ящики сразу были распакованы. В них оказались снаряды к безоткатным орудиям, и зенитные ракеты «Стингер».

Буквально через неделю, именно такой ракетой был сбит афганский пассажирский самолет, взлетевший из Кандагарского аэропорта. Погибли пятьдесят два человека, включая женщин и детей.

Почти год спустя Фил узнает, что эти же самые американцы, сопровождая аналогичный груз, темной октябрьской ночью погибнут вблизи водохранилища Аргандаб. И погибли не в бою с правительственными или советскими войсками, а от рук моджахедов муллы Нагиба, который находился в «натянутых» отношениях со своим коллегой, полевым командиром Нуруллой, в отряд которого и был доставлен тот злополучный груз…

Но это было еще все впереди…

Зайди, Игорь Михайлович, — услышал Зверев знакомый голос шефа, генерала Гришина, когда поднял трубку зазвонившего телефона внутренней связи.

Он положил трубку и начал собирать бумаги.

Обычно в кабинете шефа, когда он приходил на доклад, всегда находился руководитель службы внешней контрразведки ПГУ генерал Калугин. Отсутствие его на этот раз, заставило Зверева вздохнуть с облегчением. Сказать, что он не переваривал этого генерала, конечно же нельзя. Просто он не любил его несправедливые и нудные придирки почти по всем рассматриваемым вопросам.

Шеф, — руководитель 8 отдела ПГУ, занимавшегося проблемами стран Юго-Западной Азии, генерал-майор Гришин Василий Маркович, ждал доклада «направленца» по Афганистану, а если быть точнее, по последним событиям в этой стране.

— Ну, что у нас там, Игорь Михайлович? — поднялся он навстречу полковнику Звереву.

— Кое-что есть, Василий Маркович, — Зверев раскрыл перед собой папку.

— Так, я слушаю, — слетела с лица шефа приветливая улыбка.