- Никого нет здесь, — произнес голос в темноте, настолько низкий, что казался плотным и осязаемым, — кроме тебя. Ты получаешь все, что хочешь и за все платишь. Ты так захотел — плати. Нет черного и белого — это ты свет в темноте. Все, что ты встречаешь, начинает существовать, когда ты встречаешь его. Ты платишь светом за его жизнь, ты выкупаешь его из мрака, и оно начинает быть независимо от тебя. Нет дороги, нет обочины дороги — дорога начинается и заканчивается у твоих ног. Каждый, встреченный тобой на дороге, — это мытарь, взимающий плату с твоего неведения ради своей жизни, которую он у тебя не просил. Ты сам так захотел — плати. Ты — творец, который находится в рабстве у каждой твари и каждая тварь — твой палач, даже если и жертва. Ты сам так захотел — плати. Это ты пишешь рунами дерьма и крови на лбу каждого младенца, такой у тебя свет.

- Если за все плачу я, — крикнул во тьме отчаянный и яростный голос, — то кто такой ты?!

- Я тот, кто светит на тебя, — ответила тьма.

- Мне не нужен твой свет!

- Ты не хочешь платить? — спросил голос тьмы. — Тогда погасни.

- Пошел ты!!! — завизжала, засверкала в темноте чья-то слепая ярость. — Погасни сам!!!

- Ты не хочешь погаснуть? — глухо откликнулась тьма. — Тогда вспыхни и выкупи меня!

ЧАСТЬ II

Глава 26

По узкой дороге меж кукурузных полей двигался колесный танк, за ним — бронеавтомобиль, далее — два грузовика, еще один легкий танк и бронеавтомобиль замыкали колонну.

Колонна двигалась от железнодорожной станции Скотоватая к поселку Новый Крест, где располагался натовский пост, контролирующий семь населенных пунктов района, дороги и железнодорожный мост. В одном из грузовиков, маркированном красными крестами, были медикаменты и питьевая вода, в другом — боеприпасы для станковых гранатометов и осветительные ракеты. Расстояние от станции до поста равнялось одиннадцати с половиной километрам.

Было около полудня, палило солнце, высоко в небе кружилась пара канюков, ничего не было видно, кроме армейских автомобилей, и не было слышно ничего, кроме гула их двигателей. Вдруг грунтовка вспучилась под колесами двух передних машин, взрывом бронеавтомобиль развалило на куски, горящий танк сбросило с дороги. В ту же секунду из зарослей кукурузы ударили реактивные гранатометы, две замыкающие машины вспыхнули, но кинжальный огонь не прекращался, пока горящие обломки не взлетели в воздух.

Из кукурузы выскочили люди в сером и метнулись к грузовикам, водители пытались бежать, но их мгновенно пристрелили. Человек, командовавший атакой, отдал короткие распоряжения. Один из боевиков прыгнул за руль автомобиля с красными крестами, остальные шестеро набились в кабину и встали на подножки. Грузовик, ломая кукурузу, рванулся в сторону лесополосы, разделяющей поля. На дороге взорвался фургон с боеприпасами, в небо взлетел фейерверк осветительных ракет, вспыхнули посевы по обе стороны дороги. Грузовик, преследуемый огнем, остановился у лесополосы, команда распахнула двери фургона, в зарослях пыльных акаций заржали лошади.

Расшвыривая ящики с водой и медикаментами, бойцы выгрузили шестнадцать небольших картонных упаковок, коновод поглядывал через плечо, удерживая испуганных лошадей.

Упаковки загрузили в брезентовые мешки, укрепленные парами в задней части седел, команда разобрала лошадей и вышла по другую сторону посадки, оставляя за спиной горящее поле и горящий фургон. Перед ними был участок холмистой степи, пересеченный руслом высохшей речки. Они свели лошадей вниз, прыгнули в седла и погнали галопом — в сторону следующей лесополосы.