Читаем Правитель Аляски полностью

   — Довожу до вас, — продолжал Наплавков, — план, разработанный ядром организации, которую в честь героя русской вольницы решили мы назвать «Орденом Ермака». Ежели одобряете название, прошу ответить: «Любо!»

   — Любо! — нестройно прозвучало со всех сторон.

   — А ты, Фёдор, что молчишь? — строго спросил Наплавков Лещинского. — Тебе не любо?

   — Я как все, — сказал Лещинский. — Только зачем какой-то «орден»? Можно и без этого.

   — Большинством принято, — подытожил Наплавков. — Теперь надобно главаря избрать, хорунжего. Предлагаю Ивана Попова. Кто «за»?

   — Любо, — дружно ответили промышленные и караульные.

   — Я поддерживаю, — ответил на вопросительный взгляд Наплавкова Лещинский.

Ему, видимо, не нравилась сама форма ответов: «любо» — «не любо». Ну и леший с ним, подумал Наплавков.

   — Стало быть, — подвёл он черту под этим вопросом, — Иван Алексеевич Попов избран, по общему нашему согласию, хорунжим Войска Донского, ему теперь обязаны мы подчиняться.

   — Да при чём здесь Войско Донское? — опять встрял Лещинский.

   — А при том, — ответил Наплавков, — что это, как и орден, знак нашей вольности. Продолжим. Мы с Иваном Алексеевичем план наш обсуждали и ещё кое-кого посвятили. Пора и другим знать. Будем действовать по примеру барона Беньовского — смело и решительно. Корабль, считайте, у нас есть, давно в гавани стоит, нас дожидается. Судно большое и надёжное — «Открытие». Баранов остерегается пока в плавание его отправлять. Видно, ждёт, когда из Охотска надёжного мореходца пришлют, кому новый корабль доверить можно. Управлять же кораблём заставим штурмана Шехова.

   — А не лучше ль Васильева? — спросил один из промышленных. — Он, кажись, поопытнее.

   — Думали о том, — трубно пробасил кряжистый, с большими руками, которые он держал на коленях, Иван Попов. — Васильев уж слишком Баранову предан. Не пойдёт за нами.

   — А ежели и Шехов не согласится, — подхватил Наплавков, — то придётся корабельщика Линкена в капитаны взять. А может, и того и другого вместе. Добром не захотят — под ружьём, под страхом смерти пойдут. Берём груз мехов для возможной мены по пути, пиастры, какие найдём в наличии у Баранова; само собой, оружие, провиант месяца на три-четыре плавания — ив путь, в южные моря. На острове Таити, слыхал я от бостонских капитанов, земля обильна и привольно там жить можно. А не там — найдётся для нас другой островок, куда европейские мореходцы редко заглядывают. Там и создадим вольную русскую колонию «Ордена Ермака» и жить в своё удовольствие будем.

   — Сколь много нас на корабль сядет? — спросил рябой промышленник Фёдор Силантьев.

   — Полагаю, тридцать человек вполне будет достаточно, — ответил Наплавков. — К нам, как бунт грянет, не менее половины колонии, уверен, присоединится. Но на корабль сядут лишь самые верные. Не можно нам судно перегружать.

   — А много ли девок с собой возьмём? — опять спросил рябой.

   — Пусть вам насчёт девок Иван Алексеевич скажет. — Наплавков пригласил в круг произведённого в хорунжие Попова. — У него по этому вопросу своё соображение есть.

Попов поднялся с дерева и встал рядом с Наплавковым.

   — Я так, соратники, полагаю, — рассудительно сказал Попов, — чтоб обид у нас друг на друга из-за девок не было, взять на каждого по девке, да сверх того ещё пятнадцать девок про запас.

   — Желательно, чтоб помоложе да порезвее, — довольно подхватил Силантьев.

   — Это уж сами будете выбирать, кому какая приглянется, — столь же степенно ответил хорунжий.

   — Так как вам, господа промышленные, это предложение? — торопясь перейти к следующему вопросу, спросил Наплавков.

   — Это нам любо! — дружно прозвучало в ответ.

На этот раз и Лещинский, с той же игравшей на губах иронической усмешкой, крикнул с другими: «Любо!»

   — А не далеко ли будет до Таити? — вопросил караульный Сидоров. — Не ближе ль будет до Сандвичевых? Там, сказывают, климат подходящий...

   — Климат-то подходящий и путь не столь дальний, — ответил Наплавков. — Но и шансов, что схватят нас там соотечественники, поболее. Где, скажите, сейчас «Нева» с капитаном Гагемейстером?

   — На Сандвичевых, — ответил тот же Сидоров.

   — То-то и оно! — предостерегающе поднял вверх указательный палец Наплавков. — Капитаны наши российские обычай ввели на Сандвичевы заходить. А стало быть, и покоя нам на этих островах не будет. Водой зальёмся на Сандвичевых, прикупим ещё провизии, ежели потребуется, и сразу дальше пойдём. Важно правильно выбрать момент для выступления. Сейчас, когда в гавани «О'Кейн» Уиншипа стоит, нечего нам рыпаться. Матросы с бостонского корабля могут помощь Баранову оказать. Но в августе, слышал я, «О'Кейн» уйти собирается. К тому времени и шхуна «Чириков» с промысловой партией вернётся. В той партии союзники наши есть. Они подсобят. А дальше августа тоже ждать опасно. Глядишь, «Нева» обратно с Сандвичевых придёт, а может, и «Кадьяк» с «Николаем» из Калифорнии. На тех судах, что в Калифорнию ещё прошлой осенью направлены, верные Баранову люди ушли — Кусков, Слободчиков, Тараканов». Совладать с ними тяжело будет. Значит, в августе, как вернётся «Чириков», сразу и выступим.