Читаем Правитель Аляски полностью

Во-вторых, он подробно обсудил с начальником местной фактории Кичеровым и комиссионером «Кадьяка» Торопогрицким, что им следует делать здесь в его отсутствие.

   — Вчера вы видели, — сказал доктор Шеффер, — лица наших врагов — Джона Янга, отца и сына Эббетсов, Натана Уиншипа. Я полночи размышлял, почему они ненавидят нас. Причина может быть только одна: у них есть на Кауаи свои тайные агенты, и через оных агентов они что-то разузнали о контракте, который я подписал с королём Каумуалии. Я догадывался, что, как только они разнюхают о данных нам привилегиях, сразу примутся интриговать против. Вчерашний скандал — это только начало. Теперь от них всего можно ожидать. Нужны ответные меры. Надо немедленно взяться за строительство на территории фактории каменного форта. Этим вы и займётесь. Поскольку «Кадьяк» до окончания ремонта будет пока находиться в Гонолулу, считаю необходимым занять всех свободных от ремонта людей на строительстве форта...

   — А кто же будет возделывать долины, которые принадлежат компании? — спросил Пётр Кичеров.

   — Эту работу придётся пока отложить. Вам надо сосредоточить усилия на защите собственности компании здесь, в Гонолулу. Если мы проиграем здесь, долины нам уже не понадобятся. Я жду, что сегодня Джон Янг и Ричард Эббетс принесут мне свои извинения за оскорбления, нанесённые всем русским. Если этого не произойдёт, значит, нам объявлена война со всеми вытекающими отсюда последствиями.

К вечеру на факторию действительно явилась делегация — Джон Эббетс, Натан Уиншип и Джон Янг. Янг был настолько пьян, что, если бы Эббетс и Уиншип не поддержали его, он бы растянулся во дворе. Выпучив глаза, заплетающимся голосом Джон Янг заявил, что, насколько он помнит, вчера они повздорили.

   — Но я никому, — Янг погрозил доктору Шефферу пальцем, — слышите, никому, в мундире ты или без, не позволю оскорблять меня. Я губернатор острова Оаху, и всем вам будет лучше, если вы будете жить со мной в мире.

   — Так будет лучше, доктор Папаа, — ухмыльнувшись, поддакнул Джон Эббетс.

   — Если я правильно вас понял, — сдерживая накипавшее негодование, сказал доктор Шеффер, — вы пришли, чтобы принести извинения за вчерашний скандал?

   — Это ты, Папаа, должен принести нам извинения, — грубо ответил Джон Янг.

Что ж, война так война, решил доктор Шеффер. Es ist gerade Zeit zum Teufelzusagen[2]. Своим резким, скрипучим голосом он сказал:

   — Потрудитесь выйти вон, все трое. И если вы ещё раз самовольно переступите порог русской территории, пеняйте на себя.

Янг и Эббетс с нарочитым спокойствием переглянулись, лениво повернув головы друг к другу. Похоже, столь категоричный ответ пришёлся им даже по вкусу. Не проронивший ни слова Натан Уиншип смотрел на доктора Шеффера, не скрывая весёлого любопытства.

   — Ты ещё не раз пожалеешь об этом, — пьяно улыбнувшись, процедил Джон Янг, — но будет поздно. Джон Янг обиды не прощает.

На том их неудачный спектакль и окончился. Так думал доктор Шеффер.

В оставшиеся до отплытия на Кауаи дни он, объявив всем, кому считал нужным, что примирения не получилось и надо удвоить бдительность, наметил вместе с Кичеровым место для постройки форта и даже начертил примерный план. Навестил своего соседа Оливера Холмса и рассказал о вызывающем поведении Джона Янга, Эббетса и их некоторых, как он при этом выразился, подпевал.

   — Вообразите, Оливер, — возмущённо говорил доктор Шеффер, — сегодня к нам попробовал ввалиться этот верзила Александр Адамс. Он тоже был пьян, как в тот раз и Янг. Когда я приказал дать ему от ворот поворот, он начал грязно оскорблять меня и угрожал, что вскоре прибудет на Кауаи, сорвёт русский флаг и будет топтать его ногами.

   — Да-а, — настороженно выдавил Холмс, — это уже переходит всякие рамки.

   — Что вы посоветуете мне? Как можно обуздать этих пьяных негодяев?

   — Янг имеет здесь слишком большую власть. Его все боятся. Вы вели себя мужественно, но, поверьте моему опыту, доктор, в столкновении с Янгом никто не захочет быть на вашей стороне. Я вам сочувствую, но помочь ничем не могу.

   — Я не прошу помощи. Я пришёл за советом.

   — Постарайтесь поскорее уйти отсюда на Кауаи. Может, в ваше отсутствие всё уладится само собой.

И ещё одно хотел узнать у него доктор Шеффер — где разыскать испанца Марина, который, как упоминал ранее Холмс, успешно выращивает на Оаху различные сельскохозяйственные культуры. И в этой просьбе Холмс ему не отказал.

Последним, с кем доктор Шеффер беседовал перед отплытием на Кауаи, был Тимофей Тараканов.

   — Я поручаю вам командование всеми русскими и алеутами, находящимися на «Ильмене», за исключением, разумеется, матросов корабля, — строго сказал доктор Шеффер, чем немало озадачил Тараканова: он и так исполнял функции командира охотников. — Сам я пойду на «Лидии» в долину Ханалеи, и вы прибудете в Ваимеа без меня. Поторопитесь сразу же нанести визит вежливости королю Каумуалии, передать привет от меня. Скажите, что пожелание его выполнено: я купил для него шхуну «Лидия». Насколько вы доверяете капитану Водсворту? — неожиданно спросил доктор Шеффер.