<p>Марьолейн Хоф</p><p>Правила трёх</p>

Любое использование текста и иллюстраций допускается только с письменного согласия Издательского дома «Самокат».

Copyright © De regels van drie by Marjolijn Hof

Original title De regels van drie

First published in 2013 by Querido Em. Uitgeverij, Amsterdam

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательский дом «Самокат», 2023

<p>1</p>

Вьюга взметала над дорогой вихри снега, за окнами всё кружило, вертелось и свистело. Ветер дул с такой силой, что наш микроавтобус трясло. Я боялся, как бы мы не перекувырнулись.

В сумке у меня лежал «Большой справочник выживальщика». Про перекувырнувшиеся микроавтобусы он умалчивал. Зато подробно рассказывал о снежных бурях, лютых ветрах и первой помощи при несчастных случаях. Справочник был не просто большой – он был здоровенный, так что пользоваться им в дороге не имело никакого смысла. Его следовало читать в спокойной, безопасной обстановке, на всякий случай запоминая прочитанное.

Правила трех, например. Их я выучил наизусть. Чаще всего, чтобы выжить, мы принимаем решение за три секунды. Наш мозг три минуты обходится без кислорода. Иногда и чуть дольше, но потом в его работе происходит сбой, так что остальные правила трех можно уже не рассматривать. В экстремальном климате, не имея укрытия, человек выдерживает три часа. Без питьевой воды – три дня, а без еды – три недели.

Я прочел только начало «Большого справочника выживальщика». В нем было триста с лишним страниц, так что мне скоро надоели все эти занимательные факты. Но мама сказала, чтобы я взял книгу с собой, – по крайней мере на неделю чтивом я буду обеспечен.

– У нас всё в порядке? – спросил я водителя по-английски. Я не знал, как будет «перекувырнуться» по-исландски. Или по-английски. Или на каком-либо другом иностранном языке.

Он улыбнулся.

– Ага. Всё в порядке.

Мы тащились как черепахи. Изредка сквозь непроницаемую метель показывались дорожные сигнальные столбики, и тогда я понимал, что водитель не врет. Всё нормально, мы не сбились с пути. Но между столбиками не было ничего, кроме летящего снега. Время от времени ветер на секунду затихал, чтобы перевести дух, и тогда мы добавляли газа. Но тут же налетал очередной снежный вихрь, и водителю приходилось снова снижать скорость.

Я обернулся к Линде. Она выглядела несчастной: наверное, тоже боялась перекувырнуться – еще больше, чем я.

– С какой стороны обрыв? – спросила она.

– Слева, – сказала мама.

– Значит, море тоже слева, – заметила бабушка, похлопав меня по плечу. – Как ты думаешь?

– Откуда мне знать?

– Поинтересуйся у водителя.

– Море? – спросил я по-английски. – Где море?

Водитель указал налево.

– Водитель подтвердил, – сказала бабушка. – Море там.

– Тогда мы почти приехали, дорога вдоль побережья не такая длинная, – сказала мама и запела:

– Мы едем, е-е-едем,

– Мы едем, е-е-едем,

Ужасно долгий путь, – подхватила бабушка.

– Не путь, а просто жу-у-уть! – заголосили хором мама и бабушка.

Мы с Линдой притворились глухими.

Это был второй день нашего путешествия. Днем раньше мы прилетели в Рейкьявик, где сняли гостиничный номер с двухъярусными кроватями. Слоняясь по городу, мы поедали хот-доги и гамбургеры. Больше никаких развлечений у нас не было, потому что мама с бабушкой старались не тратить деньги в самом начале поездки – мало ли что еще может случиться.

На следующее утро мы погрузились в малюсенький самолет и взяли курс на север. Мама сидела рядом с мужчиной, который всю дорогу только и рассуждал о погоде. Он предупредил, что надвигается снежная буря.

– Мне кажется, он в этом разбирается, – шепнула нам мама.

Когда мы приземлились, бабушка заявила, что погода вполне сносная. Она не считает нужным прислушиваться к мнению мужчин, корчащих из себя всезнаек. В девяти случаях из десяти они попросту норовят запугать собеседника. Или хвастаются. Так или иначе, их предсказания практически никогда не сбываются. Мы должны зарубить это себе на носу.

Подойдя к микроавтобусу, я посмотрел на небо. Стало понятно, что, если кто и не разбирается в погоде, так это бабушка. Небо выглядело мрачным и угрожающим.

За три секунды я принял неверное решение, заняв сиденье рядом с водителем. Мне показалось, что лучше места не найти, однако в пути метель усилилась, и я понял, что ошибся. Сидя впереди, я ощущал всю серьезность нашего положения, ведь водитель, так же как и я, почти не видел дороги. Лучше было бы устроиться сзади. Прижавшись друг к другу, бабушка, мама и Линда не замечали, как долго иногда приходилось ждать появления очередного дорожного столбика.