Читаем Правда о «Зените» полностью

Взял Бышовец в команду и молодого «проблемного» форварда Панова, последним местом работы которого, как и у Давыдова-старшего, был Китай. Вот что значит оказаться в нужное время в нужном месте! Если бы Кулик не ушел в ЦСКА, Зубко — в «Ротор», а на Дмитриеве не поставил крест сам Бышовец, вакансий в линии атаки «Зенита» не было бы. И тогда страна не получила бы нападающего, которому в июне 99-го суждено будет забить два незабываемых гола на «Стад де Франс» в матче сборных Франции и России.

Давыдов:

— Знаю Сашу Панова с восьми лет. Они с моим сыном Димой играли в одной детской команде, а поскольку возил сына на тренировки и забирал его оттуда именно я, то смотрел и все игры мальчишек. Уже тогда Панов мне понравился — маленький, быстрый. Нам на таких вообще везет — взять того же Аршавина.

У нас с Бышовцем зашел разговор про Сашу, я предложил Анатолию Федоровичу его просмотреть. Панов, которому никто не давал гарантий, зацепился за шанс. Осваивался, правда, очень тяжело, приходилось даже делать обратные замены. И вплоть до конца 98-го года мне приходилось с ним много разговаривать, успокаивать.

Бышовец пишет, что «второе пришествие» Панова в «Зенит» не было тихим-мирным:

«Мне говорили о нем немало негативного — курит, что-то там еще неправильно делает. Я дал ему шанс встать на ноги, помочь семье, сделал приличную зарплату и пообещал: "Через три года будешь в сборной". Панов пошел подписывать новый контракт к спортивному директору Юрию Морозову. Вдруг я слышу мат-перемат, крики. Юрий Андреевич врывается ко мне в кабинет и кричит: "Какой-то, понимаешь…. приходит ко мне и говорит, что ему надо платить тысячу долларов (тогда это были деньги. — Прим. А. Б.)". Насилу успокоил Морозова, сказал, что надо подписывать контракт, что этот парень — наша перспектива.

Он вообще был своеобразным парнем. Его побаивался даже губернатор Санкт-Петербурга Владимир Яковлев, который иногда приезжал в команду. Приезжал и первым делом взмаливался: "Саша, только, пожалуйста, не задавай мне вопросов про петербургские дороги!" И Панов однажды сжалился: "Ладно, теперь не буду, раз вы автобус нам подарили".

У него ведь были большие проблемы в адаптации. Но он и их решал с юмором. Мы выполняли на сборах беговую работу, и Панов все время рвал вперед. Так на него сзади начинали бухтеть: "Куда помчался, так твою росток!" Так Саша оборачивался, показывал на огромного Кондрашова, который старался не отставать, и говорил: "Это, между прочим, моя "крыша"!"

…Самый живой и адекватный человек, которого я помню, был, пожалуй, Панов. Он постоянно искрил какими-то шутками, приколами, обращал в юмор любые ситуации, в том числе и бытовые».

Панов: