Смилостивился над сиротами сосед, прислужник католической церкви, он рассказал священнику о кончине Панде, и было решено похоронить бедняка бесплатно.

Отец умер. А спустя некоторое время болгарские войска пришли в Струмицу. Тогда мальчишки позвали солдата на могилу отца. Это был Борис Янев из села Белюшец Санданской околии, он воткнул штык в могильный холм и молвил: «Спи спокойно, честный болгарин». Но это было потом.

Потекли дни, полные безысходности, и только бескрайнее терпение Ванги, ее сильный характер помогали другим детям не впадать в отчаяние. Хотя ей и было тяжелее всех, она держалась молодцом и другим детям подавала пример твердости. Сироты верили, что и к ним придут лучшие дни. Скоро братья снова отправились в другие села.

Ванга и Любка надолго остались одни.

НАЧАЛО

Генри Торо

Новая страшная буря зрела над миром. Всюду были слышны разговоры о надвигающейся войне. Из магазинов, с базара стали исчезать продукты. Кто побогаче, запасался продуктами впрок. Соседи часто собирались в маленьком дворике Ванги. До наступления темноты слышались их тревожные голоса. Ванга часто повторяла, что надо собрать деньги и пожертвовать их церкви Пятнадцати святых мучеников. «Через год начнется война, — предупреждала Ванга, — только щедрость жителей спасет город от разрушения». Соседи, как водится, жадничали и считали, что общее тревожное настроение является поводом для ее предостережений. Ванга настойчиво повторяла, что видела во сне грозные события грядущей войны, что начнется она совсем скоро, в 1941-м, в апреле.

Может, и верили ей соседки, да что толку, что могли они изменить в грядущих роковых событиях?…

В тревоге и неизвестности прошел весь 1940 год. А в начале 1941-го…

«Он был высок, светловолос и божественно красив. Его доспехи древнего воина сияли в лунном свете. Конь с развевающимся белым хвостом рыл копытами землю Всадник остановился во дворе, спешился и вошел в темную комнатенку. Он излучал такой свет, что в доме стало светло, как днем. Повернувшись к Ванге, гость сказал глубоким голосом: «Скоро все перевернется в этом мире, много людей погибнет. Ты останешься здесь и будешь вещать о живых и мертвых. Не бойся! Я буду рядом, я всегда помогу тебе».

Ванга спросила сестру: «Любка, ты не видела всадника, он только что ускакал с нашего двора?»

«Какой всадник? — спросила сестра. — Ты знаешь, сколько сейчас времени? Ты, наверное, задремала, и тебе он приснился».

«Не знаю, (может быть, и приснился, но это был очень странный всадник, и странный сон. Вот послушай, что я видела»…

Тревога Ванги передалась и Любке, и обе не могли заснуть до утра.

6 апреля 1941 года, как предсказывала годом раньше Ванга, германские войска перешли югославскую границу. Рано утром все жители Струмице покинули свои дома и попрятались: кто в погребах и сараях, кто в лесу, неподалеку от города. Только Ванга и Любка остались дома.

Днем зазвенели стекла в окнах, и с улицы послышался грохот тяжелых машин. В город вошли немецкие танки. Сестры услышали чужую речь и топот сапог — немцы ходили по дворам, искали скотину, птицу, грабили. Распахнулась и их дверь, на пороге показался солдат. Сестры стояли посреди комнаты, мертвенно-бледные от страха. Солдат оглядел бедную комнатенку, пустой двор и ушел: из этого дома взять было нечего.

Через день-два стали возвращаться соседи. Многие потянулись к дому Ванги, чтобы узнать о судьбе двух сестер, люди, смущенно переминаясь, стояли возле порога, на смея войти. Те, кто подошел позже, собрались во дворе. Вангу нельзя было узнать. За несколько часов она изменилась до неузнаваемости.

Ванга стояла в углу комнаты, перед зажженной лампадкой, и говорила громким, сильным, уверенным голосом. Огромное внутреннее напряжение сквозило в каждом слове, в каждом движении. Слепые глаза оставались пустыми, но лицо было настолько изменено и одухотворено, что, казалось, оно излучает яркий свет. Из ее уст звучал чужой голос, который с удивительной точностью называл имена, местность, события. К тому времени едва ли не все мужчины городка были мобилизованы или угнаны на принудительные работы в Германию, и о каждом она говорила, жив ли он, когда вернется, что с ним случится. Зрелище было настолько поразительным, что у многих появилось желание упасть на колени, как перед святой. И что же? Те, кому она предсказала скорое возвращение, действительно вернулись точно в названный ею срок.