Читаем Правь, Британия! полностью

— И зачем он только носит этот отвратительный пятнистый галстук! — воскликнула она. — Хоть бы кто-нибудь сказал ему, что такой галстук не подходит к его цвету волос. Опять рассказывают о взрывах, так я и знала. Выключи телевизор, Эмми. Не могу больше. — Она откинулась на спинку кресла и сняла очки. Затем посмотрела на Эмму: — Что-нибудь случилось, милая?

— Нет… — Голос ее выдает. Неубедительный.

— Случилось. Тебе опять плохо?

— Нет, что ты. Устала немного.

Джо скоро будет на ферме. А что делать, если мистер Трембат уехал в Полдри и дверь откроет Миртл?

— Все-таки что-то случилось, — проговорила Мад, откинувшись в кресле. — Эмма, в чем дело?

Ну, что ж.

— Случилось ужасное, — сказала Эмма. — Мы с Джо только что нашли труп на поле у каменной ограды. Это тело капрала Вэгга. Он убит — стрела вошла между глаз. Стрела осталась там, так же как и тело. Джо отправился на ферму, чтобы позвать мистера Трембата.

Эмма почувствовала дрожь во всем теле, но голос ее звучал твердо. То, что она высказалась, помогло ей избавиться от напряжения. Мад выглядела озадаченной. Выражение лица будто у глуховатого человека, который толком не расслышал. На сей раз это не наигранно, по-настоящему.

— Капрал Вэгг? — повторила она. — Тот военный, что жил в конюшне, когда они все там квартировались? Ты хочешь сказать, что он мертв?

— Да, — ответила Эмма. На этот раз она говорила медленнее. — Он лежит на поле мертвый, убитый одной из стрел, что ты дала Энди.

На этот раз до Мад дошло. Недоумение сменилось удивлением, удивление пониманием. Но не ужасом. Вот что ужасно.

— Значит, это сделал Энди, — сказала Мад. — Очень неосторожно с его стороны не забрать стрелу. И почему он не пришел ко мне и не рассказал?

Эмма взглянула на бабушку, ушам своим не веря. Может, потрясения плохо на нее подействовали? Или старость свое берет?

— Мад, капрал убит, убит ребенком, которому еще нет двенадцати лет. Ты понимаешь, что это означает?

Мад нетерпеливо развела руками:

— Конечно, понимаю. За кого ты меня принимаешь? Не надо мелодрам. Мы не должны терять хладнокровия, Джо, слава Богу, не растерялся. С его стороны было весьма разумно пойти на ферму и разыскать Джека Трембата.

— Вообще говоря, — сказала Эмма, — это была моя идея.

— Вот и хорошо. Жалко, что нет Бевила, он бы что-нибудь придумал. Он и бродяжка. Если Джеку Трембату понадобится дополнительная помощь, а это вполне возможно, мы всегда можем обратиться к Таффи. Не так-то просто избавиться от тела. — Она поднялась из кресла и заходила взад-вперед по комнате. — Сбросить его с утеса, будто бы он свалился сам, нельзя из-за раны от стрелы — выстрел между глаз, так ты сказала? Ужасно выглядит, да?

Эмма не ответила. Она все смотрела на бабушку.

— Эм, дорогая… — Ласковая ладонь на голове, тепло в голосе полны любви и сочувствия, но почему-то нет настоящей близости. — Может, выпьешь чего-нибудь крепкого? Есть бренди — в шкафчике в столовой. Может, и я выпью, но не сейчас, попозже.

Эмма машинально прошла в столовую и налила в бокал неразбавленного бренди. Вкус отвратительный. Ей ужасно не понравился. Тем не менее бренди помогло, прибавило сил. Эмма вернулась в библиотеку.

— Что теперь? — спросила она.

— Иди позови Энди. Малыши должны уже быть в ванной.

Кроме силы бренди добавило и храбрости. Если мы начнем расспрашивать Энди, не испугается ли он, не заплачет ли, возможно, будет открещиваться от случившегося? Вероятно, будет лучше, если они будут молчать, если все — она, Джо, Мад — притворятся, что ничего не знают, и наутро, когда трупа уже не будет, Энди может подумать, что ему весь этот кошмар привиделся, что это был дурной сон. Они не готовы к такой ситуации. Ни она, ни бабушка. Может быть, лучше все-таки сообщить доктору?

— Мад, разговаривай с ним очень осторожно. Знаю, он не такой ранимый, как Сэм, но, с другой стороны, он, может быть, без ума напуган, боится, что все раскроется. Вдруг он решит убежать, вдруг…

— Да, поспеши же, моя хорошая. Самое главное — не упустить время.

Эмма подошла к спальне средних, но войти не осмелилась, не доверяя себе.

— Энди? — позвала она.

— Да?

— Подойди в библиотеку, пожалуйста. Иди один, без Сэма. Мад хочет с тобой поговорить.

Она трусливо не стала дожидаться его появления. Вернувшись в библиотеку, Эмма села на диван и притворилась, что читает программу радиопередач. Когда Энди вошел в комнату, она украдкой подняла на него глаза. Он выглядел как обычно. Разве что волосы растрепаны.

— Дорогой, — сказала Мад, — ты страшно напугал бедняжку Эмму. Она вышла подышать воздухом на смотровую площадку и увидела на поле мертвого капрала Вэгга с одной из твоих стрел в голове. Она пришла ко мне, и я вынуждена была дать ей бренди.

— А меня зачем звали? — спросил он.

Энди повернулся к Эмме, которая стояла, вся похолодев от ужаса.

— Ах, Эмма, прости меня, но я не хотел, чтобы ты это видела. Я ждал, когда Джо вернется в игровую комнату, и хотел рассказать все ему.

Эмма ничего не ответила. В бокале оставалось еще немного бренди. Она взяла его и допила.

— Почему ты не пришел ко мне и не рассказал? — спросила Мад.

Перейти на страницу:

Все книги серии Женская библиотека

Подружки
Подружки

Клод Фаррер (наст. имя Фредерик Баргон, 1876–1957) — морской офицер и французский писатель, автор многочисленных «экзотических» романов и романов о морских приключениях. Слабость женщины и сила мужчины, любовь-игра, любовь-каприз, любовь-искушение и любовь, что «сильна, как смерть», — такова мелодика вошедших в сборник романов и рассказов писателя.Подружки — это «жрицы свободной любви», «дамы полусвета» города Тулона, всем улицам Тулона они предпочитают улицу Сент-Роз. «…Улица Сент-Роз самая красивая из улиц Митра, самого красивого квартала Мурильона. А Мурильон, торговая и морская окраина Тулона, в иерархии городов следует непосредственно за Парижем, в качестве города, в котором живут, чтобы любить с вечера до утра и думать с утра до вечера.» Кто же такая Селия, главная героиня романа? Не будем опережать события: разгадку тайны читателю поведает сам Клод Фаррер.

Кирьян , Надежда Стефанидовна Лавринович , Дмитрий Будов , Иван Фатеевич Полонянкин , hedonepersone

Проза для детей / Исторические любовные романы / Приключения / Фанфик / Фантастика

Похожие книги

Переизбранное
Переизбранное

Юз Алешковский (1929–2022) – русский писатель и поэт, автор популярных «лагерных» песен, которые не исполнялись на советской эстраде, тем не менее обрели известность в народе, их горячо любили и пели, даже не зная имени автора. Перу Алешковского принадлежат также такие произведения, как «Николай Николаевич», «Кенгуру», «Маскировка» и др., которые тоже снискали народную любовь, хотя на родине писателя большая часть их была издана лишь годы спустя после создания. По словам Иосифа Бродского, в лице Алешковского мы имеем дело с уникальным типом писателя «как инструмента языка», в русской литературе таких примеров немного: Николай Гоголь, Андрей Платонов, Михаил Зощенко… «Сентиментальная насыщенность доведена в нем до пределов издевательских, вымысел – до фантасмагорических», писал Бродский, это «подлинный орфик: поэт, полностью подчинивший себя языку и получивший от его щедрот в награду дар откровения и гомерического хохота».

Юз Алешковский

Классическая проза ХX века
Богема
Богема

Книги английской писательницы Дафны Дюморье (1907–1989) стали классикой литературы XX века. Мастер тонкого психологического портрета и виртуоз интриги, Дюморье, как никто другой, умеет держать читателя в напряжении. Недаром одним из почитателей ее таланта был кинорежиссер Альфред Хичкок, снявший по ее произведениям знаменитые кинотриллеры, среди которых «Ребекка», «Птицы», «Трактир "Ямайка"»…В романе «Богема» (1949; ранее на русском языке роман выходил под названием «Паразиты») она рассказывает о жизни артистической богемы Англии между двумя мировыми войнами. Герои Дафны Дюморье – две сводные сестры и брат. Они выросли в семье знаменитых артистов – оперного певца и танцовщицы. От своих родителей молодые Делейни унаследуют искру таланта и посвятят себя искусству, но для каждого из них творчество станет способом укрыться от проблем и страстей настоящей жизни.

Дафна дю Морье , Дафна Дюморье

Проза / Классическая проза ХX века / Проза прочее