Учитывая же, что в сороконожке было пять метров длины, а ее бугристый лоб защищался панцирем толщиной в четыре пальца, удар молота, который обрушил на монстра Буджум, лишь озадачил его на пару мгновений…

Буджум использовал выигранные секунды толково.

Подпрыгнув, он опустился обеими ногами на медный стол Предиктора. (При этом Буджум сшиб указательную стрелу, которую машина использовала, чтобы составлять послания из букв, разбросанных по периметру стола как цифры на циферблате часов.)

Следующий прыжок вознес Буджума еще на метр.

И, вместе с тем, нанес Предиктору еще одно увечье! Молниеносный случайно зацепил древком молота стеклянный резервуар с загадочной субстанцией и безжалостно расколошматил его!

Всё дальше карабкался герой вверх по колесам и шестерням, по шатунам и колбам, а за ним, чавкая покрытыми слизью кольцами, гналась оголодавшая сороконожка!

Эту-то эпическую картину и застал Рутгер, который, в спешке обрубив мечом стропы воздухолетного конуса, бросился на звук разлетающегося стекла.

В руках лорда был главный козырь: он видел сороконожку-праймоеда, а она его — нет! Ведь всё внимание хищной чуди было сосредоточено на сапоге Буджума, в который та готовилась с размаху впиться!

Поэтому Рутгер, на всякий случай заслонившись своим чудо-щитом, подбежал к хвостовым сочленениям праймоеда, покоящимся на медном столе Предиктора — и мастерским взмахом меча отсек их!

Из перерубленной твари фонтаном ударил прайм.

Если бы лорд Данзас не закрылся щитом, струя ядовитой магической жидкости убила бы его на месте!

Взвизгнув неожиданно тонко и жалостно, многоножка извернулась всем телом и хотела было спикировать на обидчика, но тут уже не растерялся молниеносный!

Перехватив молот двумя руками и вложив в удар все свое нерастраченное либидо, Буджум проломил затылок твари, опушенный редкими жесткими волосинками.

Из новой раны тоже ударила струя прайма.

Как хорошо, что Буджум был героем! Человека эта струя убила бы. А вот ему, как герою, прайм был только кстати!

Дважды раненая сороконожка, ударив всем телом в щит Рутгера, сбила лорда с ног и приготовилась уже прикончить его. Но подоспевшая цепная молния Буджума оставила от чуди лишь груду смердящих углей.

Именно в этот момент на пол шахты — залитый праймом и дурной кровью твари — приземлился отважный Шелти, перепоясанный ремнями воздухолетного купола.

— Смотрю, вы без меня не скучали, — сказал изобретатель, флегматично развязывая ремни.

Глава 21. Предсказательная машина

Итак, они нашли его. Предиктор. Предсказательную Машину. Механическое чудо Старой Империи.

Рутгер, с детства разбиравшийся во всякой машинерии крайне посредственно, смотрел на железную громадину с опасливым благоговением.

Буджум, которому Предиктор спас жизнь, предоставив убежище от сороконожки-праймоеда — с благодарностью.

Что же до Шелти — изобретатель едва не лишился чувств при виде увечий, которые нанес сложнейшей, древнейшей предсказательной машине неуклюжий повелитель молний в попытке спасти свою шкуру.

— Ох ты! Вот же ж горюшко!.. Как же тебе досталось, бедолашной!.. Алхимический куб помят… Испаритель расколот… Стрелку алфавитного циферблата — и ту снесли! — с досадой сказал Шелти.

— Я не виноват… — виновато прогугнил Буджум. — Выбора не было. Иначе бы меня сожрали…

— Может лучше бы и сожрали, — с черной иронией очень усталого человека констатировал Шелти. — Потому что машина в таком состоянии работать точно не будет… И, о горе, мы никогда не узнаем, где искать Голубой Шар!

— То есть, по-твоему, какой-то паршивый Голубой Шар лучше меня, твоего друга и соратника?

— Ты-то бессмертный… — недоуменно пожал плечами рационалист-Шелти.

— Из того, что я бессмертный, не следует, что мне не больно. Тебя, небось, давно не убивали? Ты же у нас белая кость, мозг всего прогрессивного лордства! Тебя берегут! А я — я всегда на передовой, да еще и посыльный… Я еще не забыл — каково это, когда тебе голову сносят косым ударом! Между прочим, это очень больно…

— Хватит препираться, — прервал героев Рутгер. — Итак, Шелти, ты твердо уверен, что машина работать не будет?

— Твердо.

— А может ты ее все-таки починишь? — предложил Рутгер.

— Хозяин! Вы представляете, сколько времени требуется для работы с такими невероятно сложными механизмами?! — негодованию Шелти, казалось, нет и не может быть предела.

— Ну и сколько?

— Сколько?! Вы хотите знать сколько?! Две недели!

— Ты уверен?

— Совершенно, — отрезал Шелти.

Буджума такие “мелочи” смутить не могли.

— Так давайте подождем здесь две недели, — предложил молниеносный. — Я лично никуда не спешу.

Лорд Данзас наконец осознал всю тяжесть сложившегося положения. Он помрачнел, плечи его ссутулились.