Читаем Праймзона полностью

Однако, несмотря на ворчание, он все же влез на свой летающий меч и поднялся в воздух, правя в том направлении, куда указал бдительный Дитер.

Уже в следующий миг Буджум что-то углядел и немедля разразился отборной руганью.

— Что?! Что там?! — крикнул встревоженный Рутгер.

— Хозяин, чудь!

— Уверен?!

— Клянусь каталистом! Надвигается целая армия! — ответил Буджум. — И они…

В тот же миг в Буджума начали стрелять. Конец его фразы утонул в истошном крике боли.

Герой послал в ответ несколько молний и, стремясь уйти из-под обстрела, шустро спикировал вниз.

Когда Буджум приземлился, стали видны несколько необычных стрел, торчащих из шеи и ног героя.

Впрочем, уже в следующую секунду Рутгер понял, что это вовсе не стрелы. Ведь у них не было ни оперения, ни железных наконечников.

В плоть Буджума вонзились полосатые иглы — подобные тем, что носит на спине потешный адорнийский зверь дикобраз. Вот только вряд ли дикобразы водятся в аномальных болотах…

— Бедный, бедный Буджум! — жалостливо воскликнула Фрида и, бросившись к товарищу, принялась доставать иглы из его ко многому привычного тела.

Буджум морщился и шипел от боли. Но долг героя требовал от него немедленно доложить лорду обстановку.

— Мой господин, на нас прет чудь! Несколько волн! Их сотни! И есть у меня подозрение, что эти алчные уродцы здесь не случайно! Думаю, они уже давно следят за нами! А еще… Полчища гнусных тварей выглядят очень организованными! Ими управляют!

— У них есть предводитель? — наморщив лоб, спросил Рутгер.

— Я не разглядел… Но уверен, что есть! — воскликнул Буджум. — Они не похожи на случайную шайку чуди… — Делать нечего, придется драться, — вздохнул Рутгер. И, обращаясь к Иманду, который пытался, не теряя энтузиазма, продолжать торговлю с Верховным Нагом, крикнул:

— Эй, охотник! Сворачивай говорильню!

— С какой это стати?! — гневно сверкнув глазами, спросил Иманд, обернувшись. — Не смейте, любезнейший, вмеши…

Но Рутгер хладнокровно перебил охотника.

— Появилась чудь! И если эта много о себе думающая змеиная орава не пускает нас на дамбу, нам придется принять бой с чудью прямо здесь, прямо сейчас! И твой арбалет нам совсем не повредит! Да и меч лишним не будет!

— Бой? С чудью? Я что-то пропустил?

— Эх, охотник, — вздохнул Рутгер. — Пропустил, еще и как… Но самое главное — бой с чудью — ты точно не пропустишь!

В подтверждение слов лорда Данзаса в воздухе засвистели сотни полосатых игл длиной в полметра каждая — таких же, какие Фрида только что извлекла из тела Буджума.

Пришедшая по души Рутгера и его спутников болотная чудь была трех видов.

Роль ездовых лошадей выполняли исполинские саламандры длиной два метра каждая.

Пасть этих земноводных ящериц была усеяна тремя рядами ядовитых зубов. Тело — покрыто твердыми роговыми чешуями.

На спине саламандр восседали мутанты, которым нелегко было подобрать имя. То была помесь бобра, жабы и ежа, родившаяся от противоестественного соития пагубных энергий Праймзоны с населяющими ее тварями.

Каждый такой усеянный иглами ублюдок-жабоид в ближнем бою не представлял серьезной угрозы. Но их стая засыпала врага плотным потоком игл, которые направлялись в цель энергичным ударом массивного кожистого хвоста! Ясное дело, герои лорда Данзаса сразу же прозвали их “иглострелами”.

Был и третий вид мутантов.

Иманд звал из “фринами”. Герои же, когда опомнились от ужаса, окрестили их крабопауками.

Фрин и впрямь походил на глубоководного морского краба, который вдруг отчего-то решил, что его настоящее призвание — кушать клюкву с болотных кочек.

Добавьте к этому волчий аппетит, паучьи жвалы и чуткость летучей мыши — и фрин готов.

Каждый фрин был величиной с крупную собаку и перемещался с пугающей быстротой очень голодной особи!

К счастью для героев, фрины среди нападающих пребывали в меньшинстве. Их насчитывалось не больше пяти десятков. Ибо будь их хотя бы вдвое больше, шансы спастись были бы разве что у Буджума с его летающим мечом.

По совету Иманда весь магический огонь, все стрелы и пули герои сосредоточили на передовом отряде фринов, который под прикрытием тучи ежесекундно исторгаемых игл пытался с наскока атаковать выставленных вперед егеря Людвига и крысолова Дитера.

К счастью, крысы Дитера смогли задержать фринов на несколько драгоценных секунд.

И хотя многие отважные животные были разодраны в клочья страшными клешнями болотных крабопауков, герои смогли как следует прицелиться по неподвижным мишеням и уложили на месте сразу дюжину тварей!

Тогда, повинуясь воле невидимого пока военачальника, сотня саламандр образовала живой холм и взбежавшие на него иглострелы дали еще более плотный залп, чем раньше.

Досталось и Дитеру, и Иманду, и даже… Великому Нагу!

Он тотчас распался на отдельных змей, оставив несколько тел корчиться в предсмертной агонии…

Эта случайность спасла отряд Рутгера.

Когда Великий Наг через пару секунд вновь собрался в гигантскую змею-вещунью — но теперь на двадцать метров правее, чем раньше, — он уже не заикался про молоко овец.

— Я разрешаю вам… Идти на дамбу… — сказал Великий Наг.

Рутгера и его героев просить два раза не надо было!