Читаем Позже полностью

Ноги у меня подкашивались, ступеньки были совсем рядом, но я не собирался на них сидеть, в то время, когда переломанное тело Лиз Даттон валялось распростертым у их подножия. Пошатываясь, я добрался до уголка для беседы и рухнул на один из стульев. Я опустил голову и всхлипнул. Это были слезы ужаса и истерики, но я думаю, что это были также - хотя точно не помню - слезы радости. Я был жив. Я находился в темном доме в конце частной дороги с двумя трупами и двумя призраками (Марсден смотрел на меня с балкона), но я был жив.

- Три, - сказал я. - Три трупа и три призрака. Не забудь про Тедди.

Я начал смеяться, но потом вспомнил, что Лиз перед смертью смеялась точно так же, и заставил себя остановиться. Я пытался придумать, что мне теперь делать. Я решил, что первым делом захлопну эту чертову входную дверь. Видеть, как эти два ревенанта[122] (слово, которое я узнал, как вы догадались, позже) пялятся на меня, было неприятно, но я привык к тому, что мертвецы знают, что я их вижу. Что мне действительно не нравилось, так это мысль о том, что Террио находится где-то рядом, с мертвым светом, сияющим сквозь его гниющую кожу. Я приказал ему уйти, и он ушел... Но что, если он вернется?

Я прошел мимо Лиз и закрыл дверь. Вернувшись, я спросил ее, что мне делать. Я не ожидал ответа, но внезапно его получил.

- Позвони матери.

Я подумал о стационарном телефоне в комнате страха, но не собирался подниматься по лестнице в ту комнату. Даже за миллион баксов.

- У тебя есть телефон, Лиз?

- Да. - Прозвучало безразлично, как говорили большинство из них. Впрочем, не все: у миссис Беркетт еще оставалось достаточно жизни, чтобы критиковать художественные достоинства моей индейки. А Большой Донни пытался укрыть свой тайник с пыточным порно.

- Где же он?

- В кармане пальто.

Я подошел к ее телу и полез в правый карман пальто. Я дотронулся до рукояти пистолета, из которого она прикончила Дональда Марсдена, и отдернул руку, словно коснулся чего-то горячего. Я попробовал другой карман, и достал ее телефон. Я включил его.

- Какой пароль?

- 2665.

Я набрал его, набрал код Нью-Йорка и первые три цифры маминого номера, затем передумал и сделал другой звонок.

- 911, что у вас случилось?

- Я в доме с двумя мертвецами, - сказал я. - Один убит, а другая упала с лестницы.

- Это что, шутка, сынок?

- Хотел бы я, чтобы это было так. Женщина, которая упала с лестницы, похитила меня и привезла сюда.

- Где вы находитесь? - Теперь женщина на другом конце провода проявляла живой интерес.

- Это в конце частной дороги за пределами Ренфилда, мэм. Я не знаю, сколько миль или название улицы. - Потом я подумал о том, что должен был сказать сразу. - Это дом Дональда Марсдена. Это тот человек, которого убила женщина. А сама она упала с лестницы. Ее зовут Лиз Даттон. Элизабет.

Она спросила, все ли со мной в порядке, а потом велела оставаться на месте, офицеры уже в пути. Я так и сделал, а еще взял и позвонил матери. Это был гораздо более долгий разговор, и не всегда слишком понятный, потому что мы оба рыдали. Я рассказал ей все, кроме истории с мертвым светом. Она бы мне поверила, но одного кошмара для неё было достаточно. Я просто сказал, что Лиз споткнулась, преследуя меня, упала и сломала шею.

Во время нашего разговора Дональд Марсден спустился по лестнице и остановился у стены. Один мертвец без макушки, другой - с головой, свернутой набок. Та еще парочка. Я говорил вам, что это страшная история, вас об этом предупреждали, но я мог смотреть на них без особой тревоги, потому что настоящий ужас исчез. Если, конечно, я не захочу его вернуть. Если бы я это сделал, он бы наверняка пришел.

Все, что мне для этого было нужно - свистнуть.

Через пятнадцать очень долгих минут я расслышал где-то вдалеке вой сирен. Через двадцать пять, красные и синие огни заполнили окна. Там было, по меньшей мере, полдюжины полицейских, обычный отряд. Сначала они были всего лишь темными силуэтами, заполнявшими дверь, заслоняя тем самым последние искры дневного света, если, конечно, они еще были эти искры. Один из них спросил, где эти чертовы выключатели. Другой сказал: «Нашел», а потом выругался, когда ничего не произошло.

- Кто здесь? - крикнул другой. - Все, кто здесь есть, назовите себя!

Я встал и поднял руки, хотя сомневался, что они могли видеть что-нибудь, кроме двигающейся темной фигуры.

- Я здесь! Руки подняты! Свет не горит! Я тот парень, который звонил!

Зажглись фонарики, противоречивые лучи которых сначала рыскали по комнате, а затем сосредоточились на мне. Один из полицейских вышел вперед. Женщина. Она обошла вокруг Лиз, конечно же, не осознавая, зачем она это делает. Сначала ее рука лежала на рукоятке пистолета в кобуре, но, увидев меня, она её отпустила. И это было облегчением.

Женщина опустилась на колено.

- Ты один в доме, сынок?

Я посмотрел на Лиз. Я посмотрел на Марсдена, стоявшего довольно далеко от женщины, которая его убила. Даже Тедди подошел. Он стоял в дверном проеме, который освободили полицейские, возможно, привлеченный суматохой, а может, просто по прихоти. Три Немертвых Недотепы.