- Правильно. Бесс перестала смотреть свысока на мои семьдесят тысяч в год. Но могла ли я делать это только на свою зарплату, плюс все сверхурочные, которые смогла ухватить? Ни за что. А если прибавить к этому плату за подработки охранником в паре клубов? Хренушки. Но я встречалась там с людьми, наводила связи, получала предложения. Некоторые направления работ устойчивы к рецессии. Похоронные бюро всегда в шоколаде. Ломбарды и залоговые поручители. Винные магазины. Ну и наркобизнес. Потому что, хорошие там времена или плохие, люди хотят получить кайф. И, конечно же, я люблю красивые вещи. Не буду скромничать. Я нахожу красивые вещи утешением и чувствую, что их заслуживаю. Я хранила крышу над головой семьи моей сестры, после всех тех лет, когда Бесс ставила меня ниже себя, потому что она была красивее, умнее, училась в настоящем колледже, а не на общественных началах. И, конечно же, она была гетеросексуальна. - Последнее слово Лиз почти прорычала.

- И что случилось? - Спросил я. - Как ты потеряла работу?

- ДСБ ошарашил меня тестом на мочу, к которому я не была готова. Не то чтобы они не знали о наркоте все это время, они просто не могли избавиться от меня сразу после того, как я разрулила ситуацию с Террио. Это выглядело бы не очень правильно. Так что они ждали, что, я полагаю, было разумно, а потом, когда они загнали меня в угол - по крайней мере, думали, что загнали, - они попытались меня перевербовать. Заставить меня надеть прослушку, ну и вся эта серпикохрень[107]. Но вот еще одна поговорка, которую я узнала уже не от своего отца: стукачи долго не живут. И они не знали, что у меня есть туз в рукаве.

- Какой туз? - Вы можете считать меня глупым, если хотите, но на самом деле это был честный вопрос.

- Ты, Джейми. Ты мой туз. И еще со времен Террио я знала, что придет время, когда мне придется тобой сыграть.

57

Мы проехали через деловой центр Ренфилда, где, судя по барам, книжным магазинам и ресторанам быстрого питания на единственной главной улице, должно быть, было много студентов. При выезде из городка дорога поворачивала на запад и начинала подниматься к Катскиллам[108]. Примерно через три мили мы подъехали к площадке для пикника с видом на реку Уоллкилл. Лиз свернула туда и заглушила мотор. Мы были там одни. Она достала свой маленький пузырек с особой смесью, и, казалось, уже собиралась отвинтить крышку, но тут же его убрала. Ее шерстяное пальто распахнулось, и я увидел большое количество пятен засохшей крови на ее толстовке. Я вспомнил, как она сказала, что у нее нет носовой перегородки. Думать о том, как порошок, который она нюхала, въедается в ее плоть, было хуже, чем «Пункт назначения» или «Пила» или любой другой фильм ужасов, потому что это было реально.

- Пора рассказать тебе, зачем я привезла тебя сюда, малыш. Ты должен знать, чего ожидать, и чего я жду от тебя. Я не думаю, что мы расстанемся друзьями, но, возможно, мы сможем расстаться на относительно хороших условиях.

Что-то сомневаюсь, - и это была еще одна вещь, которую я ей не сказал.

- Если хочешь знать, как работает наркобизнес, вспомни «Прослушку». Действие происходит в Балтиморе, а не в Нью-Йорке, но наркобизнес не сильно различается от места к месту. Это пирамида, как и любая другая организация с большими деньгами. В самом низу, на улице, работают младшие дилеры, и большинство из них - малолетки, поэтому, когда их ловят, их судят как малолеток. Сегодня в суде по семейным делам, а завтра снова на углу улицы. На ступеньку выше находятся старшие дилеры, которые обслуживают клубы - где я и была завербована - и жирных котов, которые экономят деньги, покупая товар оптом.

Она рассмеялась, и я не понял, почему это должно быть смешно.

- Поднимись повыше, и ты обнаружишь там поставщиков, таких себе младших менеджеров, следящих за тем, чтобы все шло гладко, дальше следуют бухгалтеры, юристы, а потом уже и топ парни. Все это разделено, или, по крайней мере, должно быть разделено. Люди внизу знают, кто находится прямо над ними, но это все, что они знают. Люди в середине знают всех, кто ниже их, но все еще только одного человека над ними. Я была другой. Снаружи пирамиды. Вне, гм, иерархии.

- Потому что ты была перевозчиком. Как в том фильме с Джейсоном Стэтхемом.

- В значительной степени. Перевозчики должны знать только двух людей, тех, от кого мы получаем товар в точке А, и тех, кому мы передаем товар в точке Б. Те, кто в точке Б, являются старшими дилерами, которые начинают распределение наркотиков вниз по пирамиде к конечному пункту назначения, - потребителям.

Пункт назначения. Вот оно снова.