Читаем Поза да Винчи полностью

Дальше все было еще сложнее: нас встретил нешуточный такой металлоискатель, пришлось продемонстрировать и сумки. Миновав металлоискатель, мы попали в ласковые объятия многочисленной охраны. На просьбу предъявить «билет на балет», мы сообщили, что собираемся приобрести разовый пропуск в это шикарное заведение, в это эльдорадо красоты и здоровья. Охрана указала нам путь к кассам, продолжая, однако, пристально следить за нашими перемещениями. Можно подумать, мы в российский золотой фонд прорваться хотим, а не в фитнесс-центр! В кассах нас поджидало расстройство и огорчение, оказалось, что на сегодня все разовые абонементики раскуплены, и вообще их нет и не будет до конца месяца. Но нас не так-то просто сбить с толку, мы принялись пытать непосредственно насчет Артема Николайченко. Но и персонал фитнесс-центра тоже оказался не из простых. Нас отправили к администратору, администратор переправил к какому-то менеджеру, менеджер к другому администратору, который сообщил, что Николайченко взял неделю отгулов по семейным обстоятельствам. Сообщать его домашний адрес или хотя бы телефон нам отказались наотрез. Как мы не бились над поставленной задачей, ничего не вышло, пришлось плюнуть и убраться восвояси. Оказавшись на улице, Тая в сердцах пнула металлическую мусорку, едва ее не опрокинув.

– Нас арестуют за хулиганство в общественном месте, – уныло сказала я. – Позвони Олесе, может, она знает, где живет Артем.

– На, позвони сама! – Тая выхватила из сумки мобильник и сунула мне в руки. – Я и так в бешенстве! А эта девица меня кошмарно раздражает!

Я набрала Олесин номер, ответила она сразу, девушка что-то жевала.

– Привет, – вздохнула я, – это Сена. Олеся, ты знаешь адрес Артема?

– Нет, но показать дом, подъезд смогу.

Через час мы встретились с Олесей на станции Водный стадион. Она снова была бодра и весела, но у меня уже не было сил обращать на это внимание. На этот раз Олеся точно знала правильный маршрут.

– Ты что, часто к нему в гости ходила? – сварливо поинтересовалась Тая.

– Бывало пару раз.

Мы вышли к Головинским озерам, по берегам которых высились белые свечки домов.

– А зачем ты ходила в гости к любовнику своей тети? – удивилась я.

– Артем общался с Лёлей, они почти дружили, а чтобы Валя не ревновала мы ездили к нему вместе.

– Валя ревновала собственную дочь к своему же любовнику? – заинтересовалась Тая. Что-что, а всякие такие интересные подробности всегда будоражили пытливый ум моей дорогой подруженьки.

– Она его ко всем ревновала.

– А Лёля, значит, дружила с Артемом? – все больше и больше интересовалась Тая. – У них было много общих интересов?

– Не знаю. Вот в этом доме он живет.

Мы остановились у одноподъездной «свечки».

– А как вы проводили время? Что делали?

– Видик смотрели, – принялась перечислять Олеся, – пиво пили, у озера гуляли…

– А о чем разговаривали? – я окоченела, как полуфабрикат, больше всего на свете мечтала оказаться сначала в горячем душе, а потом в кровати, но приходилось мужественно расследовать.

– Да так, – пожала она плечами, – ни о чем.

Какая прекрасная дружба, какие насыщенные отношения нынче у молодежи! Боже, я начинаю рассуждать, как старая перечница… очень-очень замерзшая старая перечница!

– Идемте в дом, – клацая зубами, сказала Тая. – Какая у него квартира? Этаж?

– Третий, двадцать шестая, я даже знаю код.

О, это было просто чудесно! Олеся даже показалась мне милой. Войдя в подъезд, Тая предложила Олесе «подождать нас где-нибудь здесь».

– Здесь? – малость растерялась она. – В подъезде?

– Можешь на улице, – улыбнулась бессердечная Тайка, – но здесь, кажется, значительно теплее.

– А почему мне нельзя пойти с вами?

– Потому что, – многозначительно ответила Тая и направилась к лифту. О том, чтобы подняться на третий этаж пешком не могло быть и речи.

В глазке квартиры номер двадцать шесть горел свет. Переминаясь с ноги на ногу, мы разглядывали глазок и пытались придумать, кем назваться. В конце-концов не придумали ничего умнее назваться дальними родственницами Олеси.

– Скажем, что семья пытается своими силами отыскать Лёлю, – подытожила Тая, и надавила на кнопку звонка.

Раздалась мелодичная трель, и мы сделали тревожно озабоченные лица. Открыть нам соизволили лишь после третьего звонка, когда мы уже всерьез обеспокоились такой подозрительной тишиной. Отворил нам ворота высокий широкоплечий раскрасавец в темно-синем халате, щедро распахнутом на мускулистой груди. И взгляд мой пытливый сразу же уткнулся в украшение на этой самой груди: золотая цепь и медальон очень похожий на медальон господина Рубена, только вместо львиной головы червонным блеском играла баранья.

– Здрасте! – с плотоядной улыбиной Таисья хищным глазом оглядела в высшей степени привлекательный объект, и я незаметно наступила ей на ногу, напоминая, что мы бедные родственники пропавшей девушки, желаем поговорить по делу, а не завести приятное знакомство. Тая правильно меня поняла, улыбина моментально исчезла, а на мордаху легла печать скорби и уныния.

– Здравствуйте… – трагическим шепотом прошелестела она, – вы Артем?