Читаем Повстанец (СИ) полностью

– Вижу, ты все же решилась, – Кайла посмотрела на мужчину. – А я еще надеялась.

– Познакомься, Мафусаил, – я протянула руку, представив мужа. Тот понял, что со мной шутки плохи и одарил мою подругу недоверчивым взглядом.

– Кайлу ты, наверное, знаешь, она слишком популярна, чтобы ее представлять, – продолжала я, переводя взгляд на девушку.

– Я такой музыки не слушаю, – буркнул мой муж.

– А ты слушаешь музыку? – язвительно уточнила Кайла и тоже перевела взгляд на меня. – Наоми, я была очень рада этой случайной встрече. Обещаю, следующую свою песню я доставлю тебе лично, раз уж мое творчество до сих пор интересно тебе.

– Ты так заботлива, – я улыбнулась, понимая, что вовсе не о творчестве сейчас речь.

– Буду ждать, – она склонилась и коснулась губами моей щеки. У меня голова закружилась от запаха ее духов и кожи. Нахлынули воспоминания о том времени, когда мы были близки.

Она уже отошла и скрылась среди столиков, а я все смотрела ей вслед, как зачарованная.

– Почему она так смотрела на тебя? – услышала я голос своего спутника и вернулась с облаков. – Вы что, встречались?

– Интересуют подробности моей личной жизни? – спросила я, пытаясь примириться с его бесцеремонностью.

– Беседу поддерживаю, – ответил он холодно.

– Пошел ты, – произнесла я, задетая его иронией. Конечно же, ему было наплевать и на меня и на Кайлу. Его интересовала только собственная персона.

Подошел официант с нашим заказом. Я ела только потому что нужно было хоть чем-то подпитывать организм, аппетита совсем не было. Теперь, когда я встретила Кайлу и вспомнила, что всегда предпочитала женщин, сомнений не осталось. В понедельник он поедет в агентство, и будет показывать свой норов кому-то другому.

Мы ели молча. Его аппетит ничуть не пострадал. Он подчистил все тарелки, коих заказал бесчисленное множество.

– Вас что, совсем не кормили в вашей богадельне? – спросила я, наблюдая, как он уплетает десерт.

– Все необходимое для нормального функционирования организма, – ответил он, не поднимая глаз от тарелки. Ну просто животное в зоопарке, понятия не имеет о хороших манерах. Со стороны, наверное, казалось, что я впервые вывела его из закрытого подвала и решила покормить. Особенно при его ужасной небритости в это легко можно было поверить.

– Почему тогда ты такой худой? – не понимала я. Вряд ли он врал. Кандидатов в мужья нельзя было морить голодом, иначе какое потомство он сможет дать?

– Я худой? – изумился он. Вот теперь точно врал. Ужасный актер из него получился бы.

– Да, очень, – ответила я, тоже изображая дурочку, которой он меня считал.

– Ты тоже не страдаешь от лишнего веса, почему? Плохо кормят? – произнес он, ехидно усмехнувшись. Меня опять захлестнула волна небывалого гнева. Но наказывать его в общественном месте было бы неприлично, а дома я уже остыну. Да это и к лучшему, доживет до понедельника.

– Я руководитель огромного предприятия, – произнесла я, пытаясь контролировать себя и не дать ему по голове вазой с цветами. – У меня в подчинении тысячи людей. Я работаю пять дней в неделю по десять-двенадцать часов. А сегодня, в свой законный выходной, опять работала и ем в первый раз.

– Я, возможно, и не работаю по пятьдесят-шестьдесят часов в неделю, но моя жизнь тоже не сахар, знаешь ли, – ответил он. Я поразилась, как он со своими куриными мозгами так быстро посчитал мои рабочие часы. – Вряд ли тебя когда-нибудь будили утром ударом тока.

– Ты ошибаешься, это не ток, – произнесла я, понимая, что он еще злится на меня за то, как я оторвала его от игры. – Это заблуждение.

– Мне плевать, что это, – произнес он, все больше мрачнея. – Я называю, как чувствую.

– Это необходимо, потому что еще встречаются в природе хамы и негодяи, которым нужна хорошая стимуляция, – я попыталась втолковать ему то, что знает каждый десятилетний ребенок. Именно в таком возрасте каждый мальчик получал свой первый ошейник и уже никогда не снимал его до самой смерти. – Это не я придумала, а природа.

– Это? – он взял свой ошейник в кулак, вынув из-за воротника.

– Нет, – ответила я, не понимая, как вообще мы перешли на такую тему. – Я имею в виду, что мужчины бывают агрессивны и представляют опасность.

– Да, особенно спящие, – пробормотал он, опустив глаза.

Мне стало неловко и противно из-за моего поступка.

– Закон обязывает носить его, – только и смогла сказать я в свое оправдание.

– Да, я знаю, – ответил он, по-прежнему не глядя на меня. – Мое имя Кит.

– Сразу трудно было сказать? – я поднялась из-за стола, считая, что ужин можно закончить. Он не ответил, следуя за мной.

Мы возвращались в тишине и до самого дома больше не разговаривали. Я решила дать ему еще одну попытку. Что-то в нем определенно было, а из агентства его вряд ли уже кто-то возьмет. С таким характером и воспитанием ему одна дорога, на шахты или нефтяные платформы, куда берут всех мужчин подряд без разбора. Там он состарится до тридцати лет и умрет до сорока, не дожив до положенной мужчинам пенсии в сорок пять, когда можно уже не работать и жить на содержании правительства в одном из закрытых пансионатов.