Читаем Поцелуй шипов полностью

А что с Колином? Неужели мне всё это приснилось — то, что он воткнул кинжал в своё собственное тело? Пожалуйста, пожалуйста пусть это будет только сон, пожалуйста, думала я умоляюще, когда подняла голову и хныкая, посмотрела в его сторону.

— О нет… нет…, - прошептала я, мой голос был похож больше на скрип. Его левая рука прижата к груди, из которой всё ещё торчал кинжал, не фантазия, а безжалостная реальность, он смотрел мимо меня. Так же Пауль, Джианна и Тильманн, который крепко держал меня за плечи, смотрели в ту сторону. Автоматически я последовала за их взглядами и уставилась, как и они, на вздрагивающий, маленький свёрток, лежащий позади меня на плитках.

Тесса… Она всё ещё здесь! Её волосы покрывали почти весь пол. Я видела, как в них что-то кишит. Её лицо исказилось в переродившуюся, уродливую гримасу. Только посмотрев более внимательнее, я увидела нож, торчащий из её одеяний. Тильманн должно быть воткнул его до самой рукоятки. Но кровь не текла. Гортанные стенания срывались с её сильно накрашенных, покрытых крошкой губ и мы увидели, как злобное мерцание в её топких глазах побледнело и уступило место безграничной, тупой пустоте. Не знаю, убили ли мы её, но что-то в ней изменялось прямо сейчас, как будто отступало и растворялось в горячем, вечернем воздухе.

— Мама…, - прошептал Колин, в то время, как его голубая кровь всё ещё капала на колени. Его взгляд стал тусклым, а руки тряслись. Услышав, как он говорит, я полностью пришла в себя, хотя его голос в моих ушах прозвучал неестественно чуждо и по-детски.

— Возьми себя в руки, чёрт возьми! — прошипела я, наклонилась вперёд и хотела вытащить кинжал из его тела. Но моя рука промахнулась. Я ещё не полностью восстановила контроль над телом, хотя умственные способности становились всё более ясными — мне придётся бессильно смотреть на то, как он умирает. Зачем он это сделал? Зачем? И что происходит с Тессой? Она ещё опасна? Поэтому никто ничего не предпринимает? Нужно сначала подождать, пока она умрёт, прежде чем мы сможем помочь Колину?

Мои глаза метались в панике туда-сюда, то к Колину, то к ней. Пауль и Джианна молчали, будто окаменев, будучи не в состояние оторвать взгляд от Тессы. Только Тильманн глубоко и мучительно стонал при каждом вздохе, как будто на его сердце давил стальной кулак — и как будто он дышал именно тогда, когда это делала Тесса. Постепенно дрожь её хрупкого и всё же опухшего тела утихла. Рыжие волосы на тыльной стороне рук в один миг выпали. Её черты лица разгладились, потеряли всё демоническое, как будто его никогда и не было. В конце концов, спустя бесконечно длинные секунды, её вики опустились вниз. Последний вздох потряс её грудь и грудь Тильманна. Всё кончено. Наконец-то всё закончилось.

Перед нами лежала только ещё мёртвая, уродливая, древняя, маленькая женщина. Надеюсь навсегда мёртвая, уродливая, древняя, маленькая женщина. Но я не могу ждать подтверждения, что она действительно останется на веки мёртвой. Колин важнее. Он ещё жив, и, как и другие, не может оторвать глаз от Тессы. Разве его рана не болит?

— Пауль! Сделай что-нибудь! Ты врач, ты должен его спасти! Спаси его, он умирает! — закричала я хрипло. Почему никто ничего не делает?

— Ему не нужно, — возразил Колин глухим голосом, не отрывая своего внимания от Тессы. — Это не работает, я имею в виду самоубийство. Я не люблю себя.

Быстрым движением он вытащил кинжал из груди и сорвал рубашку с тела. За считанные секунды зияющая рана начала закрываться. Колин горько рассмеялся. Он не ожидал ничего другого.

— Но зачем — зачем ты делаешь что-то подобное? Зачем!? — Я хотела ударить его, чтобы образумить, но даже не смогла сжать руки в кулаки.

Полный отвращения к себе, Колин посмотрел на меня и усталая, невесёлая улыбка скривила его рот.

— Вы забыли один пункт, Елизавета. Боль открывает душу. Где была боль? Где она?

Не думаю, что это подходящий момент, чтобы упрекать меня. Ещё совсем недавно они все хотели меня убить. По крайней мере я так думала. Я была в этом уверенна! Почему — я не могла объяснить себе рационально.

Но я боялась за свою жизнь и этот страх был реален. Никто не сможет убедить меня в обратном. Только кинжал в сердце Колина и маленькая таблетка отогнали это чувство страха. Колин даже не стал ждать разумного ответа.

— Для матери самое ужасное, когда она теряет своего ребёнка, не так ли? — Он небрежно выбросил кинжал. — Она должна была поверить в то, что с ней случилось именно это. Что её ребёнок умер.

Её ребёнок. Колин. Я содрогаясь застонала. Он хотел убить себя, чтобы убить Тессу. Для нас… и для себя. Но он не умер. Слава Богу, он не умер. Колин ещё здесь.

А Тесса? Что случилось с ней? Действительно ли она мертва? Удалось ли нам убить её, хотя Колин вовсе не умер? Было ли достаточно того, что она думала, будто потеряла своего ребёнка?

Я на коленях пододвинулась к ней, чтобы заглянуть в лицо. Позади меня Джианна начала тихо и порывисто всхлипывать и как будто этот звук снова пробудил её к жизни, Тесса внезапно открыла глаза.