Читаем Поцелуй шелки полностью

– Мы с твоим отцом заключили соглашение еще до твоего рождения. Мы спорили о том, кому ты будешь принадлежать, какому королевству будешь служить, пока наконец не пришли к компромиссу. Мы договорились, что, если ты родишься тюленем, будешь жить с ним. Но родись ты в любой другой форме, осталась бы со мной. Кроме того, если ты когда-нибудь докажешь, что наделена такой же магией, как я – властью над жизнью и смертью, которую я унаследовала от своего отца-банши, – твой отец скажет мне. После чего ты будешь принадлежать мне. Он нашел лазейку в части об откровенности и ждал почти целый год после того, как твоя магия проявилась, прежде чем наконец признаться.

Я внимательно слушаю Нимуэ. Отец никогда не упоминал о сделке. Никогда не сообщал, что Нимуэ может заявить на меня свои права. Впервые я узнала, что она угрожает мне, в тот день, когда убила Лютера. Отец никогда не говорил, что причиной опасности станет то, что он сам расскажет морской ведьме о моей смертоносной магии. Мой желудок завязывается узлом. Не знаю, должна ли чувствовать себя преданной. Безусловно, отец только пытался защитить меня, так ведь?

– В любом случае, – говорит Нимуэ, отвлекая меня от сбивчивых размышлений, – расскажи-ка мне об этой магии поцелуев.

– Зачем? Чтобы ты использовала ее?

В этот момент за пределами тронного зала раздается какой-то шум. Секундой позже из коридоров появляется дюжина или около того женских фигур. Еще несколько появляются из бассейнов, что расположены по обе стороны от трона. Зара возглавляет группу фейри, которые чем-то похожи на нее: чешуйчатые тела разных оттенков, жабры на шеях и когтистые пальцы. Я узнаю фейри, которые поднимаются из бассейнов, – прекрасные ундины, наяды и морские нимфы, синекожие никси, сирены с мясистой верхней частью тела, заканчивающейся чешуйчатыми хвостами, келпи с гладкими, черными, лошадиными телами и красными глазами.

Фейри рассаживаются вокруг трона Нимуэ. Некоторые с обожанием смотрят на свою королеву, в то время как другие бросают на меня свирепые взгляды с другого конца комнаты. Я глубоко вдыхаю, приказывая себе не паниковать и не показывать страха.

– Сестры Черного Угря, пожалуйста, познакомьтесь с моей дочерью Мэйзи. Мэйзи, это мои самые верные подданные.

Под этим морская ведьма подразумевает своих самых преданных убийц. Я слышала о Сестрах Черного Угря. Нимуэ возглавляла их под началом королевы Мелузины. И Нимуэ, и мой отец служили в армии ныне покойной королевы, но исполняли совершенно разные обязанности. До объединения острова мир с людьми был непрочным. Отец отвечал за защиту острова от морских нарушителей, в то время как Сестры Черного Угря вершили тайное правосудие. Отец был публичным лицом подводной армии, в то время как Нимуэ являлась ее скрытой силой. После того, как люди объединились с фейри, морская ведьма заняла место неблагой королевы Морского королевства. Несмотря на существующие правила, запрещающие Нимуэ совершать несанкционированные убийства, отец опасался, что она, не обратив на них внимания, погубит остров. Именно тогда он занял место благого короля Мореи, выступая за мир и борясь с жестокими наклонностями Нимуэ.

Даже думать не хочу о том, как между ними закрутился роман.

– Мэйзи, перед тобой стоят самые могущественные женщины моря, каждая из которых, как и ты, обладает особым талантом, помогающим нашему королевству процветать. Я уже попросила тебя рассказать мне о своем даре, но, думаю, будет лучше, если ты покажешь его.

– Прошу прощения?

Она щелкает пальцами.

– Зара.

Челюсть фейри напрягается, когда она бросает вопросительный взгляд на свою королеву. Нимуэ полностью игнорирует ее, так что Зара вздергивает подбородок и неторопливо подходит ко мне.

– А теперь, Мэйзи, покажи мне, на что ты способна.

Я перевожу взгляд с Зары на Нимуэ.

– Ты… хочешь, чтобы я поцеловала ее?

Нимуэ коротко кивает.

– Это же ее убьет.

– Мне все равно.

Я перевожу взгляд на Зару, чьи поджатые губы и тревожный взгляд не выдают и намека на страх.

– Давай же, – насмехается фейри. Я отступаю, но Зара делает шаг за мной. – В чем дело, маленький тюлень? Так быстро позабыла презрение, что испытываешь ко мне? Или просто не хочешь целоваться с женщиной?

– Я… я бы с удовольствием поцеловала кого угодно, – говорю я, через секунду уже проклиная себя за столь жалкий ответ.

– Предпочитаешь что-нибудь более… знакомое? – Чешуя смещается на ее лице от лба к подбородку, образуя лицо, так похожее на Мартина. – Поцелуй меня, – говорит она глубоким голосом, который звучит почти убедительно.

Я отступаю назад, но она снова сокращает расстояние между нами.

– Как насчет этого? – Чешуя на ее лице снова смещается, заменяя облик Мартина кем-то с темной кожей, веснушками и медно-рыжими волосами.

Я замираю при виде имитации отца, на этот раз пугающе точной.