Читаем Поцелуй Мары полностью

–Мара! Мара! Мара!

Я проснулся и кинулся к окну. Но всё было тихо и спокойно. Мерцали звезды, и неполная луна тоскливо отсвечивала в ночном небе, освещая контуры соседних зданий, стоявших в ряд друг за другом.

Натянув гимнастёрку и валенки, захватив папиросы и спички, я вышел из здания и направился к караульному, тень которого мелькнула позади здания.

Я закурил папиросу, затянулся и двинулся по направлению к караульному. Солдат замер, будто ожидая меня.

Я подошёл к нему сзади и произнёс,

–Товарищ красноармеец как у вас? Всё спокойно?

Солдат молчал.

–Товарищ солдат! Я по-моему к вам обращаюсь, – произнёс я, но в тот миг ужас разорвал мой и без того воспалённый мой разум.

Красноармеец повернулся ко мне, но это было лицо не человека, а разложившееся лицо трупа, полусгнившего и истлевшего. На месте его глаз зияли пустые и чёрные впадины. Кожа зелёными рваными лохмотьями свисала, оголяя его череп, а лицо его улыбнулось в ехидной улыбке.

Я попятился назад, но уродливые руки мертвеца схватили меня за горло и начали сдавливать его. Я захрипел, моё сознание помутилось, тьма закрыла мои глаза, и я потерял сознание.

Прошло много наверно времени, прежде чем я услышал голоса надо мной, а потом увидел склонившихся Красновского, Торопова и Алтынову. Что-то пахучее ударило мне в нос.

–Вот и хорошо, вот и хорошо, – бормотал Красновский.

–Поднимайте его, – услышал я голос Алтыновой.

–Я сам, я сам, – сказал и понял то, что я лежу на снегу.

Тут подбежал Митрохин.

–Что с вами товарищ комиссар!

–Всё нормально. Всё хорошо.

–А я, знаете ли, – продолжал бубнить Красновский, – засыпаю с трудом, лежал и не знал что делать, а тут ещё на новом месте … у и вышел, знаете ли покурить папироску и увидел, что вы милейший на снегу лежите. Ну, вот и бросился за нашими врачами …

–Спасибо товарищи, я признателен всем, – сказал я, -а теперь пойдёмте в дом, я замёрз если честно.

Ну и списал я всё это, срыв этот и всё остальное на усталость от долгой дороги. Потом я приказал всем идти спать, а сам, глотнув из фляги спирта, упал как подкошенный в свою кровать и заснул. Только теперь без всяких кошмаров. Это была просто чёрная бездонная дыра.

Проснулся я от крика Митрохина.

–Товарищ комиссар! Товарищ комиссар! Красноармейцы нашли гроб каменный.

Я тут же оделся и бросился к выходу. У ворот лагеря толпились красноармейцы. Между ними издалека было видно на снегу что большое и явно рукотворное.

–Товарищи расходимся! Расходимся! – стал отдавать команды Митрохин.

–В стороны! В стороны!

Мы приблизились к воротам. Солдаты расступились передо мной. Но мной охватило оцепенение, близкое к ощущению страха.

Прямо на входе в лагерь, у ворот на снегу лежал огромный каменный саркофаг. Слово саркофаг я, конечно же, познал через много лет. Для меня это был обычный гроб, сделанный из камня, довольно грубой работы, скорее выдолбленный из цельного куска скальной породы. Гроб был открыт, точнее у него отсутствовала крышка. Края гроба были изрисованы непонятными символами.

Я осторожно приблизился к нему и заглянул внутрь. Но я ничего подобного никогда не видел и меня слегка затрясло. Но затрясло не от страха перед чем то неизвестным. В гробу лежал тот самый старик, который приходил мне во сне.

Правда, в нём мало что напоминало его. Это было его высохшая, сморщенная копия старика. Узнал я и его посох.

–Господи помилуй! Господи помилуй! – услышал я за спиной голос одного из красноармейцев.

–Так отставить товарищ рядовой! – скомандовал я, хотя и у меня стоял комок в горле, – так успокоиться всем и взять себя в руки!

–Позвольте, – тут услышал я за спиной всё тот же знакомый голос Красновского, – но ведь мы все знаем, что когда мы пришли в лагерь, то здесь у ворот ничего не было. Это ведь чертовщина, какая-то.

–Отставить товарищ профессор! Вы же сами говорили, что всему можно дать научное объяснение, – сказал я.

–Да но… – пытался он мне возразить.

Но тут среди солдат вдруг поднялся какой-то гвалт. Кто-то наперебой хотел перекричать друг друга.

–Тихо товарищи! – я снова повысил голос. – Мы все знаем, что нет, не бога и не чёрта, а есть одна Советская власть! А Советская власть обязана и должна избавляться от любой чертовщины. Для этого мы сейчас здесь! А кто будет сеять здесь панику, – повысив голос и достав из кобуры револьвер продолжал я, – того я собственноручно расстреляю! Митрохин!

–Во-первых, прочесать весь лагерь и за его пределами ближайшую местность и во-вторых гроб с телом перенести в помещение. Да и в третьих усилить патрули и караулы. Вам всё понятно товарищ Митрохин?

–Так точно товарищ комиссар!

–Бойцов хватит?

–Так точно товарищ комиссар!

–Всё тогда исполняйте! Ну а мы с вами товарищи учёные и военврачи давайте ка всё обсудим в здание комендатуры. Проведём незамедлительно совещание.

Вскоре все уже сидели в главном кабинете.

–Товарищи нам с вами надо решать что делать! – начал я, оглядев всех присутствующих.

Первым ответил Красновский.

–Товарищи я предлагаю разрешить мне заняться изучением каменного гроба и содержимого в нём.