Читаем Потемкин полностью

Важное политическое значение в градообразовании на юге Российской империи имели идеи Греческого проекта, в связи с чем большинство городов называлось в память о древнегреческой колонизации Северного Причерноморья: Одесса, Севастополь, Симферополь, Херсон и т.д. По тем же причинам некоторым существовавшим поселениям возвращались древние имена, например Феодосии, Евпатории, Фанагории.

Политическими мотивами обусловливалась и значительная поддержка, оказываемая государством молодым городам. Их намечалось застроить за счет казны многочисленными зданиями общественного назначения. Жители освобождались от податей, более того, им выдавались ссуды для возведения жилых домов. Предоставлялись и другие льготы. Политические соображения сказывались и в привлечении «полезных иностранцев».

За короткий срок возникло много населенных пунктов. Процесс урбанизации южной окраины обширной империи происходил в своеобразных формах, имеющих общие черты с аналогичным процессом в США. Города Америки были вызваны к жизни главным образом интересами торговли, а города Северного Причерноморья, в отличие от американских, создавались большей частью по инициативе правительства, располагались по всей территории края и с самого начала выполняли самые разнообразные функции — административные, военные, экономические и культурные. Как и в Америке, особенно успешно развивались морские порты. Новые южные города способствовали национальной консолидации поселенцев. Однако в то время, как в Америке национальные различия между людьми, прибывшими из Европы, постепенно стирались и складывалась единая американская нация, в Новороссии этого не случилось.

Проектирование и выбор мест для новых городов были поручены Потемкину. Он лично, несмотря на свирепствовавшую эпидемию, сразу после присоединения осмотрел Крым с этой целью. В результате Потемкин представил Екатерине свое «положение» о крепостях в Тавриде и удостоился высочайшей апробации. Прежде чем приступить к требованию необходимых для начала строительства сумм, он приказал инженеру полковнику Н.И. Корсакову, с 1784 г. осуществлявшему непосредственное руководство работами в Херсоне и других крепостях, еще раз осмотреть все назначенные места и составить проекты и сметы. 26 ноября 1784 г. Корсаков передал Потемкину рапорт об осмотре Таврической области, на основе которого Потемкин подал доклад императрице со сметой расходов. По мнению опытного инженера и верного соратника наместника, в Севастополе «место под крепость наивыгоднейшее то, которое Ваша светлость сами в Вашу бытность назначить изволили. Оно прикосновенно к самому ходу в гавань, батарея или блокгаус на противной стороне пролива к нему всех ближе, и оборонять с его можно Херсонскую гавань, которую Вы для купеческих судов определить изволили. Сие место можно защитить от бомбордирования и во внутренности оного иметь для перетембирования обветшалых кораблей доки, так как и все главные магазины, вода в оное, хотя чрез удаленное расстояние, однако привести можно, а сверх сего я не теряю надежды, чтоб и не оставить оную в самых градских стенах чрез колодцы. Где старый Херсонес, тут может быть купеческий форштат, как для удобности выгрузки товаров, так для довольствия в пресной воде… В Балаклаве для защищения гавани настоит надобность построить пушек в восемь батарею». Потемкин в своем докладе называет главной крепостью Севастополь, в Евпатории считает нужным только обновить старый замок с небольшим наружным укреплением, а в Феодосии возобновить городское строение и приморскую сторону оградить батареями. «Что же касается до Тамана, — пишет Потемкин Екатерине II, — то по осмотре границы, соединяющейся с Кавказскою линею, можно будет сделать положение».

Под свою особую опеку взял Потемкин строительство Севастополя (в переводе с греческого — величественный город), считая его базой для молодого, созданного им Черноморского флота. К середине XVIII в. на территории вокруг будущего Севастополя, у развалин древнего Херсонеса Таврического, имелись лишь монастырь и села Инкерман и Ахтияр. По имени последнего иногда называли самую огромную бухту. Военно-стратегическое значение этого места еще до присоединения Крыма привлекло внимание русских моряков, которые в 1782 г. сделали первый промер глубин. Обширный глубокий залив, где мог спокойно поместиться огромный флот, небольшие бухты, вдающиеся в берег, представляли полное удобство для устройства при них адмиралтейства, верфи и других портовых сооружений, а широкий проход давал удобный при всех ветрах выход с рейда в море, круглый год не замерзающее. Екатерина писала в это время Потемкину: «Присоединение сея гавани поставляем Мы выше всякого сомнения или спора с чьей бы то стороны не было». Со времен Петра Великого Россия стремилась закрепиться на Черном море. Задача потребовала жертв и усилий нескольких поколений.