Читаем Потайная дверь полностью

План, который он для нас разработал, был очень простой и состоял главным образом в том, чтобы мы постоянно пребывали в движении.

– Не проводить на одном месте больше одной ночи, – объяснил он. – На первое время вам обеспечен приют. У меня целый ряд адресов. Все молчаливые, заслуживающие доверия люди. Никто из них не знает о другом, и все контакты завязаны на меня через посредников.

– Клеточная система, – задумчиво сказал Себастьяно. – Очень разумно.

– Я недаром долгие годы был посыльным мистера Маринеро. Если бы вы в той записке, которую недавно послали, сообщили не только то, что вы в бегах от Фицджона, но и адрес, где вы остановились, я бы уже давно прибыл на место. Вам следовало доверять мне больше.

– Вам мы доверяем полностью, – подчеркнул Себастьяно. – Но Фицджон мог перехватить эту записку. У него кругом шпионы.

– И это тоже верно, – признал мистер Скотт. После паузы он сухо добавил: – Поверьте мне, никто не ужасается этому человеку больше, чем я. Если бы вы знали, как я корю себя! В конце концов, ведь это я выбрал его вашим дворецким. При том что претендентов на эту должность было много. Правда, никто не принёс таких рекомендаций. Что, в свою очередь, должно было меня насторожить – слишком уж хороши были его аттестаты. И этот пергамент, из-за которого я посоветовал Анне ехать в Стоунхендж… наверняка это было подстроено Фицджоном. Он всё подстроил очень грамотно, – мистер Скотт смотрел в пустоту с каменным лицом.

– Я бы так или иначе всё равно поехала, – объявила я. – С пергаментом и без пергамента. И я была на волосок от успеха! Если бы Реджинальд не выскочил на меня из засады, мы бы с Хосе сообща открыли портал, и он бы прошёл через него. Это было бы так же верно, как то, что я здесь сижу. Кроме того, мы теперь точно знаем: Хосе жив. С ним всё в порядке. Он по-прежнему ждёт шанса вернуться к нам. Пожалуйста, не корите себя, мистер Скотт! За всё, что произошло, вы не несёте ни малейшей вины!

Себастьяно сменил тему осторожным вопросом:

– Мистер Скотт, а есть ли какие-нибудь новости о Джерри?

Книготорговец молча покачал головой. В глазах его стояла несказанная боль. На какое-то время установилась скорбная тишина на фоне стука колёс по уличной мостовой. Мы бесцельно ехали по городу; я понятия не имела, где мы находимся, потому что занавески были задёрнуты. Себастьяно обнимал меня одной рукой. Я обхватила его за талию и прижимала лицо к его плечу. Ещё никогда он не был так близок к смерти, как сегодня. Во мне всё ещё бушевали самые разные чувства. Интенсивнее всего была благодарность.

– Как вы нас нашли, мистер Скотт? – спросила я.

– Это было не трудно. Я несколько дней следил за Смитом, я ведь знал, что он охотится за вами по поручению Фицджона. Мне тоже необходимо было вас найти, потому что у меня для вас важные новости. Когда я заметил, что этот тип околачивается возле дома на Брик-Лейн, мне стало ясно, что он разнюхал, где ваше укрытие. Тогда я остался ждать.

– Вы спасли нам жизнь, – у меня вырвался последний дрожащий вздох, после чего я овладела собой и села прямо. Никому не было пользы оттого, что я веду себя как истеричная рёва.

– Вы сказали, у вас есть новости для нас? – напомнил Себастьяно. – Надеюсь, хорошие.

– Это пока неизвестно. Несколько дней назад я был у художника, мистера Тёрнера. Послание, которое мистер Маринеро оставил вам перед своим исчезновением, описывало его как очень важную персону для вашей миссии. Поэтому я подумал, что вы, может быть, с ним на связи, и я таким образом смогу выяснить о вашем местопребывании. Я очень беспокоился за вас обоих.

– У нас не было контакта с мистером Тёрнером, – сказал Себастьяно. – По той же причине, по которой мы не написали и вам.

– Это я понимаю, – согласился мистер Скотт. – Но оказалось счастливым случаем, что я приехал к художнику, потому что он написал новую картину и непременно хотел, чтобы вы оба на неё взглянули. Он был очень взволнован этим.

– Вы её видели? Это опять был один из портретов Анны с испугом и бегством?

– Он не хотел мне её показать, поскольку она предназначена только для ваших глаз. Кажется, для него было очень важно, чтобы вы увидели новую картину. Он сказал, от этого может зависеть ваша жизнь.

– А он не сказал, почему? – Голос Себастьяно звучал спокойно, но я заметила, в каком он напряжении.

– Да, он объяснил, что у него было видение. Настолько ясное и однозначное, как никогда прежде.

Я едва смела дышать. До сих пор мистер Тёрнер попадал своими видениями в точку. Что же могла изображать его новая картина? В то время как я начала расписывать себе мрачные мотивы (в том числе и бармаглота, усеянного роговыми отростками, который, брызжа слюной, надвигался на меня), Себастьяно решительно заявил:

– Поговорим с ним сегодня же.

– Это слишком опасно! – возразила я. – Его дом наверняка под неусыпным наблюдением! Ты же сам это сказал!

– Я обдумываю тут кое-что. – Себастьяно повернулся к мистеру Скотту: – Я думаю, мы обговорили всё важное. Теперь отвезите нас к нашему убежищу, которое назначено на сегодня.