Читаем Постфактум (СИ) полностью

– Могу составить отчёт, в котором предоставлю подробный разбор совершённых за последние сто двадцать часов ошибок.

– Составляй, если хочешь, хоть на досуге перечитывай, мне он не нужен.

Джим глубоко вдохнул, успокаиваясь. Опёрся локтями на колени. Серьёзно и прямо уставился на поджавшего губы Селека – а тот и правда был куда более эмоционален, чем Спок.

– Я не знаю, как быть с твоими чувствами, Селек, – признался честно. – Поэтому… ты сказал – я тебя услышал. Давай о твоём поведении поговорим. Ты, значит, – покрутить кистью руки, – не такой? Ну, как вёл себя всё время службы.

– Верное замечание.

Джим задумался ненадолго, потом тряхнул головой.

– В общем, я от тебя в плане поведения сверх Устава ничего требовать не могу и не буду. Но если хочешь, могу дать совет. М? – Посмотрел на полувулканца, вопросительно подняв брови.

Он сложил руки на груди и кивнул.

– Всегда лучше получить информацию, чем гадать о неуслышанном.

– Логично говоришь, – усмехнуться, – ну слушай. Прекращай косить под Спока. Мозги у тебя работают хорошо, мне нравится, а эмоциональность… я тоже эмоционален, доктор… крайне эмоционален. С этим вполне можно нормально служить. Сработаемся.

– Полагаю, уже перестал. Моё признание не походит на поведение предыдущего коммандера, не находите?

Что-то в тоне молодого вулканца явственно подсказало, что он хочет закончить разговор, хотя внешне Селек этого никак не проявил.

– Просто ты меня огорошил.

Джиму хочется добавить, что не просто огорошил, а охренеть как огорошил, но вместо этого он поднимается со стула, кивает Селеку.

– Всего доброго, коммандер. Я оповещу гауптвахту о вашем наказании.

Когда двери за капитаном закрылись, Селек, не давая себе позорной поблажки проявления каких-либо эмоций (они раздирали сознание в разные стороны, от ревности до злости, от тоски до отчаяния), переоделся и сел медитировать. Уже больше двух суток сознание без медитации и сна металось между потерей контроля и полной апатией – последняя грозила накрыть прямо сейчас. Тело ныло от усталости и отсутствия нормальных тренировок.

Селек не привык давать себе отдыха сверх сугубо необходимого, и теперь, пытаясь сосредоточиться и очистить сознание от мыслей, понял, что терпит чудовищную неудачу. Мысли, не подчиняясь слабеющему контролю, заполонили сознание.

Коммандер расслабился, перестав сидеть навытяжку, из-под полуоткрытых век уставился в пол каюты. Некстати вспомнилось, что капитан его выше, хотя эта информация не имела никакого смысла.

Сегодня Селек добился своего. Кирк его заметил и говорил впервые с ним, а не с безликим коммандером. Но на этом победы закончились. После разговора он ушёл – точно к Споку, ожидавшему за дверью. А когда они вернут это растение на планету – что будет? Но капитан хотя бы не увидит второй раз смерть Спока, и разве не ради этого затевался весь план с посещением Осириса-3 и нарушением директив?

Ещё – чтобы спасти умирающий вид, истребляемый пиратами.

Ещё – потому что устал быть «тенью Спока».

Ещё – потому что залез бы в любую дыру и бросился на любого врага – лишь бы этого не понадобилось делать Кирку.

Множество причин. Вполне логичных причин.

Нет, сегодня с медитацией ничего не выйдет.

Селек кое-как доплёлся до кровати и рухнул поверх идеально застеленного покрывала. Спать после продолжительного лишения себя медитации значило предоставить разум ярким, реалистичным и выматывающим снам, но он слишком устал, чтобы сопротивляться.

========== Глава 12 ==========

На последующие дни единственной работой, которую Джим выполнял, исключая ежедневные отчёты (все как под копирку, ничего не происходит, только научники от счастья пляшут, изучая Спока), стало согласование миссии по освоению планеты живых растений.

Мнения командования умудрились разделиться – более чем у трети свербела в заднице пресвятая Первая директива.

– Вы должны понимать, – талдычил по видеосвязи адмирал Сайбон, он в совете слыл самым дипломатичным, – цивилизация живых растений вряд ли хоть сколько-нибудь близка к освоению космического пространства. И поэтому следует соблюдать крайнюю осторожность…

– Вы осознаёте, что эта цивилизация уже претерпела контакт с орионцами? Семена похищали, проклюнувшихся детей продавали в рабство, и вы мне говорите…

Кирк не сидел – он стоял позади своего стула в конференц-зале, держался за его спинку и изо всех своих сил старался быть дипломатичным. Прайм предупредил, что кандидатуру скандального капитана с трудом утвердили на установление первого контакта с растениями. В пользу Кирка здесь играло то, что он нашёл и вырастил Спока-растение, рекомендации посла и близость к нужному участку. И до сих пор в его кандидатуре сомневалась почти треть совета, а ещё треть была резко против.

Малейшее проявление несдержанности. Малейшее неповиновение – и ему припомнят и первые отчёты научников, где Спок проходил не как разумная форма жизни, и расхождение в хронологии по началу операции захвата орионского торговца, и напряжённые отношения с первой, мать её, директивой.