Читаем Посредник полностью

— Все бутылки с маслом, которые я экспортировал Лафонну... точнее, на имя СОПИК, внезапно окрасились в фиолетовый цвет. Как вам это нравится? К тому же масло еще и светится,оно излучает свечение! Невероятно! И подстроено все это нарочно, чтобы окончательно меня разорить! — Отчаяние, видимо, полностью охватило Салу. — Этот удар я уже не перенесу, это для меня слишком...

Как и во все моменты, когда угрожала опасность, Сала велел призвать к нему Жаумета. Минут через десять тот чуть ли не бегом ворвался в кабинет.

— Жаумет, мы попали в еще более страшную переделку... — по голосу Салы чувствовалось, что он сам себя глубоко жалеет. — Масло, которое мы экспортировали СОПИК, неожиданно принялось светиться.

— Понятно! — Жаумет с полминуты раздумывал, сидя неподвижно на стуле и подобрав под себя короткие ножки. — Но не такая уж это страшная переделка, если вдуматься. Согласно документам, масло поставил нам Рольдан. Разливал его и наклеивал свою этикетку Гарсиа, экспортировалось оно фирмой «Ла Онрадес АО», ввозила в Европу СОПИК. Мы нигде не значимся в бумагах, относящихся к сделке, нет нас в платежных документах... так что это не наша проблема, это — проблема СОПИК. Ну и, конечно же, Лафонна, который взялся распределять эту чертову смесь по всей Европе!

— Да. Конечно же! — Сала, полуоткрыв рот, жадно слушал слова этого невзрачного человечка, который, судя по всему, в очередной раз спас его, прибегнув к хитроумным бюрократическим уловкам с документами. — Ты ведь совершенно прав!

Салинас молча наблюдал за ними, пораженный циничностью этих двух типов. Потом сказал:

— Сеньор Сала, мне нужно поговорить с мсье Лафонном.

— Попросите, чтобы вас соединили, — ответил тот пренебрежительно. — Аппарат перед вами!

— Алло! Лафонн слушает, — сразу же послышалось в трубке после того, как Салинас набрал брюссельский номер.

— Это Салинас. Я нахожусь у Салы, только что разговаривал с ним.

— А, это вы, Салинас! А я как раз хотел с вами поговорить. Послушайте меня! Прекратите это расследование! Вы меня слышите? Я приказываю вам немедленно прекратить расследование дела. — Лафонн говорил приказным тоном, исключавшим всякие возражения. — За свой гонорар не беспокойтесь. Я велю вручить вам еще чек на двадцать пять тысяч. Но — слушайте меня внимательно! — мы с этим делом покончили раз и навсегда! С этого же момента!

— Как вас понять?

— Видите ли, стряслось кое-что весьма серьезное. Мы в СОПИК провели совещание, и руководство приняло решение отстраниться от этого дела, выйти из игры. — Бельгиец говорил, будто диктовал машинистке приказ, который той нужно было тут же отстучать и после этого вывесить на стенке. — Одним словом, будем исходить из того, что украденное масло мы навсегда потеряли — и все тут. Что касается этого самого светящегося масла, то мы стали жертвой ловкого обмана со стороны поставщиков: они экспортировали нам вовсе не масло, а какую-то жульническую смесь. Вот так. Так что мы с этим делом покончили.

— Вы это всерьез говорите? Вы в здравом уме?

— Завтра же получите свой чек, в том самом банке в Мадриде, где мы с вами побывали. — И Лафонн, не ожидая дальнейших вопросов, повесил трубку, прервав на этом разговор.

Сала, которого разъедало любопытство, спросил:

— Что вам сказал Лафонн?

— Что они решили раз и навсегда покончить с этим делом. Знать ничего не знают об украденном масле, а тот продукт, что получили от вас — дело рук жуликов-контрагентов. Я так понял, точнее, Лафонн дал мне понять, хотя и не напрямую, что во всем считает виновным вас, сеньор Сала, — сказал Салинас, ни словом не обмолвился о намерении продолжить свои поиски, хотя он и получит очередной чек СОПИК.

— Он не посмеет выдвинуть против меня такое обвинение! У него нет доказательств, ни одного. Посмотрим еще, что завтра напишут в газетах.

— Судя по всему, по радио вовсю говорят об этом деле. — Салинас был уверен, что в эфире уже комментируют это событие, слишком уж оно масштабное.

— Вы так думаете? — встревожился Сала.

— Да. Более чем вероятно.

— Жаумет! Принеси сюда транзистор! А ну-ка, поторапливайся! — Сала уже не говорил, а почти лаял — он был на грани истерики. — Послушаем, что там говорят!

Салинас крутил ручку настройки, пока не поймал французскую станцию, которая после краткой паузы заговорила: «Вы слушаете радиостанцию...» Десять минут спустя, когда часы показывали шесть вечера, стали передавать информационный бюллетень. Остановившись ненадолго на запутанных вопросах внутренней политики Франции, диктор объявил:

«Зарегистрирован факт поставки из Испании крупной партии масла, в которое добавлены чужеродные элементы. Это якобы оливковое масло, экспортированное неким Луисом Гарсиа, на деле оказалось смесью, вышедшей из рук жуликов-махинаторов. Попав на прилавки супермаркетов не только Франции, но и других западноевропейских стран, экспортированное из Испании, масло внезапно приняло необычную окраску и, кроме того, стало испускать фосфоресцирующее свечение. Насколько известно, поставщиком масла является некий Хосе Рольдан. Экспортировала его компания «Ла Онрадес АО».