Читаем Последний ворон полностью

Не замечая его, она перескочила на другую ветку, а потом улетела совсем. Он шумно благодарно вздохнул. Сорвавшись со скалы, словно лохматая куча травы, в небе, поднимаясь в первых восходящих потоках воздуха, парил гриф-стервятник. Маленький вертолет дрожал, взвихривая вокруг себя песок. Харрел с полковником пошли прочь, направляясь к водолазам. "Миль" поднялся в воздух и боком двинулся в сторону противоположного берега. Хайд снова облегченно вздохнул. "Миль", уменьшаясь в размерах, скользнул над чахлыми березками и елками и полетел над водой, потревожив, но не вспугнув небольшую стаю плававших между отмелями гусей.

Первый водолаз, не такой изящный, как гусь, неуклюже зашлепал ластами. Вошел в воду, медленно погружаясь в покрытую рябью свинцовую воду. Наконец он скрылся из виду, только шнур в руках шедших по берегу двух солдат да слабое мерцание фонаря указывали его местонахождение. Второй водолаз заковылял и дальний конец озера.

Хайд резко повернул бинокль, так, что зарябило в глазах, и уперся в ближайших к нему солдат, серой массой сгрудившихся под деревьями. Теперь до него долетали отрывки их разговоров и команды сержанта. Дыхание участилось. Повернув бинокль в сторону берега, почти сразу увидел Харрела.

Тот стоял с мрачным видом. Теперь он сторонился следователей, которые вернулись к осмотру разрушенной кабины экипажа и хвостового отсека. С ним оставался один полковник КГБ с портативной рацией у щеки. Харрел наклонился над разостланной на складном столике картой, то и дело поднимая голову, ориентируясь, оценивая, подтверждая догадки. Харрел был уверен, что Хайд здесь. Где-то здесь. И живой.

Время от времени Харрел посматривал на кучу трупов, теперь более аккуратную, потому что приказал снова обыскать все трупы, их одежду и вещевые мешки, словно там можно было найти ответ, где именно находится Хайд. Такое внимание Харрела к телам убитых подтверждало, что он ищет кого-то из оставшихся в живых. В противном случае Хайд лежал бы там, в той куче.

У Хайда дрогнуло сердце. Прямо под ним раздался хриплый смех. С чрезмерной осторожностью он опустил бинокль и посмотрел вниз. Из можжевельника с писком вылетела вспугнутая птица, словно поднимая тревогу. Солдат смотрел прямо на него и ничего не видел, только, пожимая плечами, следил глазами за улетающей пичужкой. В поле зрения Хайда возник еще один солдат, громоздкий в своем стеганом обмундировании.

Выстрел. Бинокль выскользнул из влажных рук. Хайд ринулся за ним, едва успев ухватить за ремешок. Солдаты внизу тоже были напуганы. Стоявший на берегу Харрел – впервые Хайд видел его так далеко – резко повернул голову на звук. Всего в нескольких сотнях метров от себя Хайд увидел, как со скалы, цепляясь за выступы, сползает что-то желтовато-коричневое, похожее на клубок лохматой шерсти с торчащими из него вязальными спицами. Потом до него дошло. Горный козел, раскинув ноги, катился по склону крутой скалы, пока не упал на прибрежный песок. Подстреливший его юный солдат, глядя на лежавшее у ног чудище, казалось, онемел от ужаса и не отводил от него свой "Калашников".

Солдаты со смехом высыпали из-за деревьев, показывая на козла. Стрелок был в расстроенных чувствах, страшась туши убитого животного. Харрел вновь склонился над картой. Полковник, кивая головой, слушал раздававшиеся по рации голоса. Сидевший внизу сержант, закурив, показал пальцем на узкую расщелину, ведущую к зарослям можжевельника и узкому выступу. Хайд замер, только мелко дрожали руки и губы, да по лбу и за ушами катился ледяной пот. От одежды воняло, скрюченные ноги свело судорогой, острые камни кололи сквозь овчину куртки. Он отчетливо слышал украинский говор сержанта.

– Давай наверх, ты, дурья башка... разомнись трошки.

– Сержант!.. – заскулил солдат.

– Слыхал, начальство приказало все проверить, а тебе проверить эти кусты и этот выступ. – Сержант неторопливо выдохнул струйку дыма, оставшегося висеть в неподвижном воздухе у него над головой. – Давай, давай, дурья голова. – Сержант самодовольно ухмыльнулся.

Солдат с неохотой передал автомат соседу, снял теплую куртку, снова взял автомат и повесил на грудь. Сопровождаемый ухмылками солдат, направился к подножию скалы. Оставшиеся закурили, двое уселись на землю, прислонившись к березке. Сержант лениво, но все же, как подобает старшему, следил, как солдат начал неуклюже карабкаться на двадцатиметровую, а то и больше, высоту, к уступу, где сидел Хайд.

* * *