— Только не надо меня осуждать, ладно? Говорю же: я была напугана. Более того, мне угрожали. А детективы в любом случае этими сведениями не воспользовались бы. Они зависели от Конклина и наверняка ели у него с руки. Неужели ты думаешь, что они стали бы его беспокоить на основании заявления, сделанного какой-то девушкой по вызову, которая к тому же ничего сама не видела и знала одно только имя? Помимо всего прочего, Гарри, твоя мать была мертва, и мои слова ее не оживили бы.

— Ты думаешь, это сделал Конклин?

— Этого я не знаю. Знаю только, что он с ней и раньше встречался, но никакого насилия во время этих встреч не было. Так что я, Гарри, не могу ответить на твой вопрос.

— Имеешь представление, кто мог тебе позвонить?

— Ни малейшего.

— Конклин?

— Не знаю. В любом случае я никогда не слышала его голоса.

— Ты когда-нибудь видела их вместе — мою мать и этого человека?

— Только один раз. На танцах в «Мэсонике». Полагаю, в тот вечер они и познакомились. Их представил друг другу Джонни Фокс. Сомневаюсь, что Арно знал о ней что-нибудь… эдакое. По крайней мере тогда.

— А не Фокс ли тебе позвонил?

— Нет, я сразу узнала бы его голос.

Босх на секунду задумался.

— Ты еще когда-нибудь видела Фокса после того утра?

— Нет. Я избегала встреч с ним примерно неделю. Это было не трудно, поскольку, как полагаю, он сам в это время прятался от копов. А потом я уехала. Можешь думать обо мне что хочешь, но этот человек вселил-таки в меня страх божий. Я отправилась в Лонг-Бич на следующий же день после того, как копы сказали, что больше во мне не нуждаются. Упаковала чемоданчик и села в автобус… В квартире твоей матери осталась кое-какая моя одежда. Вещи, которые она взяла у меня поносить. Но я даже не пыталась вернуть эти тряпки. Взяла, что было у меня в шкафчике, и отчалила.

Босх молчал. Больше спрашивать было не о чем.

— Знаешь, я часто вспоминаю то время, — сказала Кэтрин. — Мы тогда находились в самой настоящей клоаке — твоя мать и я, но мы были близкими подругами и, несмотря ни на что, умели получать от жизни радость.

— Ты постоянно присутствуешь в моих воспоминаниях… Ведь вы с матерью всегда были вместе.

— Мы с ней тогда много смеялись — несмотря ни на что, — с грустью произнесла Кэтрин. — А ты… ты всегда был светом в нашем окошке. Знаешь, когда тебя у нее отобрали, она чуть не умерла… И она все время пыталась тебя вернуть. Надеюсь, ты знаешь об этом, Гарри? Ведь она очень тебя любила. Да и я тоже.

— Я знаю.

— Но после того как тебя отдали в приют, она уже никогда не была прежней. Иногда мне даже кажется, что умереть молодой ей было на роду написано. Такое ощущение, что она отправилась в роковое путешествие к той темной аллее задолго до того, как все это с ней случилось.

Босх поднялся и всмотрелся в ее печальные глаза.

— Засиделся я у тебя. Пора идти. Но я дам тебе знать, как будут развиваться события.

— Мне бы очень хотелось, чтобы ты держал меня в курсе. И вообще не пропадай…

— Не пропаду.

Он направился к двери, наперед зная, что поддерживать отношения они не будут. Время почти полностью уничтожило существовавшую когда-то между ними духовную связь. Они были чужими людьми, которых соединяло лишь знание о некоей давней трагической истории. Ступив за порог, он обернулся и посмотрел на Кэтрин.

— Та открытка, которую ты послала мне на Рождество… Ты ведь хотела, чтобы мы совершили этот экскурс в прошлое, не так ли?

Она изогнула губы в прощальной улыбке.

— Даже не знаю… Тогда умер мой муж, и я отдавала дань воспоминаниям. И конечно же, вспомнила о твоей матери. И о тебе. Я, знаешь ли, горжусь тем, как мне удалось устроиться в жизни, малыш Гарри. И попыталась представить, как могла бы сложиться жизнь у вас с Map, если бы она осталась жива и вы были вместе. Я до сих пор не могу поверить, что ее убили. Кто бы это ни сделал, должен за это…

Она не закончила фразу, но Босх ее понял и согласно кивнул.

— Будь здоров, малыш Гарри.

— Хочу тебе заметить, что у моей матери была хорошая подруга.

— Надеюсь…

6

Усевшись в машину, Босх вытащил свой рабочий блокнот и взглянул на выписанные им имена.

Конклин. Маккитрик и Эно. Мередит Роман. Джонни Фокс.

Он вычеркнул из столбика имя Мередит Роман и еще раз просмотрел список. Нечего было и думать опросить этих людей в том порядке, в каком он записал их имена. Он знал, что, прежде чем приступить с расспросами к Конклину или даже к Маккитрику с Эно, необходимо раздобыть дополнительную информацию по этому делу.

Босх вынул из кармана телефонную книжку, а из портфеля — мобильник, набрал номер транспортного управления сил правопорядка в Сакраменто и, услышав голос служащей, отрекомендовался лейтенантом Харви Паундсом. Назвав личный номер лейтенанта Паундса, он попросил проверить водительские права Джонни Фокса. Пролистав блокнот с записями, он назвал год рождения Фокса и, сопоставив цифры, подумал, что этому парню уже перевалило за шестьдесят.