Читаем Последнее испытание полностью

– Фараоны всегда были обманщиками, правда, тогда мы этого не знали. И вот Саджа спросил у Джедифре, отчего это лик льва совсем не похож на его собственный? А тот ответил, что они так не договаривались. Саджа ведь просил, чтоб львиная морда стала портретом того, кто обеспечил ему, Джедифре, восшествие на трон, разве нет? Мастер Синанджу вынужден был согласиться и откланяться, выразив восхищение хитростью Джедифре. Он вернулся в свою деревню, но, когда несколько лет спустя фараон Джедифре обратился к Дому Синанджу за помощью, Саджа разорвал фараоново послание на мелкие кусочки. Когда же пришедший на смену Садже мастер Синанджу получил послание от нового правителя Египта, оно тоже осталось без ответа. И настали для Египта черные дни, и посыпались на головы египтян неисчислимые беды и несчастья, и несколько поколений сменилось, прежде чем Дом Синанджу стал снова помогать фараонам.

Такси повернуло, и Римо увидел лик пресловутого льва. Сфинкс смотрел куда-то вдаль, на бесконечную рябь дюн. За спиной его высились три гигантские пирамиды и ряд других, помельче.

– Так это и есть Лев-Солнце? – спросил он Чиуна.

Кореец печально ответил:

– Прискорбное зрелище, не правда ли? Уж лучше бы оставили его мирно спать под покровом песков.

– Лучше для кого? Для Сфинкса или для меня?

– Сейчас выясним, – отозвался мастер Синанджу и расплатился с водителем.

– Что-то не нравится мне эта затея… – Римо нервно поежился.

Спрятав руки в широкие рукава кимоно, Чиун затрусил к гигантскому Сфинксу.

– Священная кобра уже не поднимается с его могучего лба, – пробормотал он себе под нос. – Борода исчезла. Яркие одежды поблекли. О, если бы видели мои предки! Они пролили бы море слез. Изошли бы возмущением при виде того, во что превратился памятник их славе и могуществу!

Вокруг Сфинкса пестрели толпы туристов. Кое-кто даже карабкался вверх по широким осыпавшимся ступеням Великой Пирамиды Гизы.

– В дни Ванга немало голов полетело бы с плеч за подобное, – заметил Чиун. – Вообрази, Римо, что произошло бы, если б ребятишкам вдруг разрешили бегать и шуметь в здании вашего сената!

– Собственно говоря, наши сенаторы – все равно что малые дети! – Римо усмехнулся. А учитель нахмурился. И они продолжили свой путь по песку, причем не оставляя никаких следов.

– А это еще что такое? – Римо указал на треножник с электронным оборудованием.

– Понятия не имею.

– Сдается мне, это лазер.

– Странно, кому и зачем понадобилось прожигать дыры в Сфинксе?

– Сомневаюсь, что эти лазеры прожигают дыры, папочка.

Они приблизились к мужчине в шортах цвета хаки, который развалился в шезлонге под большим зонтом. Перед ним стоял портативный компьютер, сам же он был погружен в чтение какой-то книжки. Римо изловчился и прочитал название: «Колесницы богов».

– Это ваши лазеры? – спросил он.

– Да, мои, – надменно ответил незнакомец, яйцевидную голову которого защищал от солнца колониальный шлем с надписью «CULA» note 15 .

– И что они тут делают?

– Ждут, когда Большой Сфинкс сдвинется с места, если уж это так вас интересует.

– Боюсь, долго им придется ждать, – заметил Римо.

– Понятно.

Во взгляде Чиуна читалось сомнение.

– Чье лицо у Льва Солнца?

– Но разве это загадка Сфинкса? Она ведь звучит так: «Кто утром ходит на четырех ногах, днем – на двух и вечером – на трех?»

Кореец отмахнулся.

– Ерунда, детская загадка, а ты уже давно не ребенок. Ты – мастер Синанджу и должен дать правильный ответ. Ну?

– Сам знаешь, не могу.

– Полагаешь? А ну-ка взгляни хорошенько на эти гордые черты! Они никого тебе не напоминают?

– Я знаю не так уж много безносых фараонов, – проворчал Римо.

Чиун кивнул.

– Тогда ничего не поделаешь. Придется тебе передвинуть Льва, взирающего на Солнце.

– Значит, это тоже испытание?

– Да, и довольно трудное, – ответил мастер Синанджу.

– Так-так-так…

Римо решил обойти Сфинкса. Он был поистине огромен, размеры статуи просто подавляли. Стоя рядом с одним из каменных когтей, Римо ощущал себя карликом. Как технически отсталый народ мог создать подобное? И простоял-то памятник почти пять тысяч лет!

– Наверное, это сооружение было самым огромным в мире, когда его построили, – сказал Римо.

– Было, – отозвался Чиун. – А теперь в мире понастроили массу других огромных штуковин. И этот величественный зверь из камня выставлен напоказ, как дешевая приманка. Ловить глупых муравьев-туристов и выкачивать из них денежки.

– Если и существует способ сдвинуть Льва с места, то знаю его отнюдь не я.

– Способ есть. И попробуй только не сдвинь! Не видать нам тогда Куша как своих ушей.

– Я согласен.

– А я – нет. Можешь приступать к делу.

Римо еще раз оглядел Сфинкса. Подойдя к его правой передней лапе, он как бы невзначай привалился к ней спиной. Крепко уперся ногами в известняковый постамент, попытался раскачать.

И вдруг вдалеке пискнул компьютер.

– Он сдвинулся! Сдвинулся с места!

Римо обошел лапу и крикнул:

– Кто сдвинулся?

Профессор Калифорнийского университета как безумный скакал от радости.

– Сфинкс! Мои приборы зарегистрировали вполне определенное смещение.

– Да вы с ума сошли! Я стоял совсем рядом и ничего не почувствовал.