Читаем После нас полностью

Дальше было больше: 18 апреля группа талибов совершила успешное нападение на Министерство обороны, расположенное в районе Шаш Дарак. Используя тяжелое и стрелковое оружие, а также взрывчатку, группа талибов по заранее разработанному плану проникла в здание МО и напала на высших офицеров Генштаба и представителей военного командования НАТО в то время, когда там проходили переговоры американских генералов с министрами обороны Франции и Афганистана. Обычно я не пропускал мероприятий оборонного ведомства, так как это всегда была лишняя возможность пообщаться там с друзьями. Но в этот раз почему-то не поехал, и, как оказалось, слава богу. Менее чем через полчаса после того, как журналисты отсняли в фойе фотосессию французского министра, туда ворвались вооруженные боевики. Я срочно позвонил в пресс-службу полковнику Собхану Каземи, который рассказал мне все без утаек. По его словам, террористы спокойно прошли через КПП, предъявив караульным удостоверения личности офицера афганской национальной армии. После этого они прошли внутрь основного здания Минобороны, где один из них взорвался. В результате взрыва погибли помощник первого заместителя министра обороны Афганистана и еще один офицер афганской армии. Остальные террористы вступили в перестрелку с военными, которая длилась около часа. В ходе боя террористы были ликвидированы, ранения получили семь афганских военных, в том числе адъютант министра обороны и секретарь Генерального штаба афганской армии. Произошедшее заставляло думать о том, что в Кабуле ни один объект, в том числе «силовиков», не мог быть застрахован от подобной террористической атаки.

Военные ответили на вылазку талибов запретом для всех журналистов парковать свои автомобили вблизи территории Минобороны. На следующий день, когда я поехал в министерство, мою машину также отказались пропускать внутрь. Я с КПП позвонил в управление парламентских и общественных связей и имел долгую беседу с одним из замов Азими. В конце концов он так вывел меня из себя своей тупостью, что я уже орал в трубку на языке дари примерно следующее: «Слушай, полковник, ты во время Саурской революции, случайно, не за душманов воевал? Нет? А у меня от вашего министерства за эту гребаную революцию есть медаль и еще разные награды вашего правительства. Что, бл…, бывшие друзья стали не нужны? Или меня уже в талибы записали?» На том конце провода продолжали тупить, и тогда офицер, стоявший на КПП, подошел ко мне и сказал на чистом русском языке: «Я слышал весь ваш разговор. Проезжайте, пожалуйста, товарищ!»

На обратном пути я заскочил в комнату отдыха рядом с КПП, где в компании других офицеров пил чай мой благодетель. Меня тут же усадили на «чапаркат» (кушетку) и, налив чаю, стали показывать свои правительственные награды, которые нельзя было носить. Офицеры хранили в целлофановых обложках своих документов медали «За отвагу», «70 лет восстановления независимости Афганистана», «За отличную службу». Что тут было на это сказать. Люди.

Казалось бы, нападение на министерство обороны чему-то научит военных. Но как бы не так. Двадцать первого мая смертник подорвал себя в главном военном госпитале «Чарсад бистар» в самой охраняемой части города, где находится посольство США. Террорист пробрался в здание с восточного входа, подошел к группе обедающих на первом этаже офицеров и привел в действие взрывное устройство. В результате теракта по меньшей мере шесть человек погибли, 23 получили ранения различной степени тяжести. Ответственность за теракт взяло движение «Талибан».