Читаем Послания полностью

Итак, поскольку через сорокадневное воздержание мы пожелали достичь того, чтобы хоть в какой — то мере во время страдания Господа ощутить Его крест, мы должны стремиться, чтобы нам оказаться также участниками и воскресения Христова и, еще находясь в этом теле, перейти от смерти к жизни. Ведь для каждого человека, который меняется и становится из одного другим, конец — не быть тем, кем он был, и начало — быть тем, кем он не был [[5]]. Но важно, для кого человек умрет и для кого будет жить, ведь есть смерть, ведущая к жизни, и есть жизнь, ведущая к смерти. И не где — то, а в этом преходящем веке можно обрести и то, и другое; и от того, как мы поступаем во времени, зависит различие вечных воздаяний. Итак, нужно умереть для диавола, а жить для Бога; нужно устраниться от несправедливости, чтобы восстать для правды. Пусть падет ветхое, чтобы появилось новое. И поскольку, как говорит Истина, никтоже может двема господинома работати [[6]], да будет не тот господином, кто подтолкнул стоящих к падению, но Тот, Кто воздвиг повергнутых для славы.

2. Итак, Апостол говорит: Первый человек от земли земной, вторый человек с небесе небесный. Яков земной, таковы и земные; и яков небесный, таковы и небеснии. И якоже облекохомся во образ земного, да облечемся и во образ небесного [[7]]. И мы должны безгранично радоваться этой перемене: благодаря ей мы переходим от земной незнатности к небесному достоинству по неизреченному милосердию Того, Кто, чтобы даровать нам Свое, нисшел до нашего, восприняв не только сущность, но также состояние [[8]] согрешившей природы, когда допустила божественная бесстрастность, чтобы в нее было привнесено то, что горестно испытывает человеческая смертность. По Своему милосердию, чтобы долгая скорбь не терзала смятенные души учеников, Он сократил со столь удивительной быстротой объявленный трехдневный промежуток, что благодаря прибавлению к целому второму дню последней части первого и первой части третьего, Он и уменьшил срок на некоторое время, и число дней не убавилось. Итак, воскресение Спасителя долго не задержало ни душу в аду, ни плоть во гробе; и оживление нетленной плоти произошло столь быстро, что там было скорее подобие сна, нежели смерти, ведь Божество, Которое не отступило от души и тела [[9]] воспринятого Им человека, могуществом соединило тем же могуществом разделенное.

3. Для утверждения авторитета веры, которую надлежало проповедать по всей вселенной, последовали многие доказательства: камень был отвален, гробница опустела, пелены отложены, и ангелы, объявив обо всем происшедшем, красноречиво подтвердили истину воскресения Господа. И Сам Он являлся взору жен и неоднократно открывался очам апостолов — не только говорил с ними, но также жил и вкушал пищу, и позволял почтительно и заботливо прикасаться к Себе тем, кого охватило сомнение [[10]]. Ведь для того Он входил к ученикам через закрытые двери и Своим дуновением посылал им Святого Духа, и, просветив их разум, открывал для них таинственные смыслы Священного Писания, и показывал еще Свое прободенное ребро, раны от гвоздей, и все знаки недавнего страдания, чтобы все признали, что в Нем особенности божественной и человеческой природы остаются нераздельными, и мы, зная, что Слово не есть то, что плоть, исповедовали бы, что Единый Сын Божий есть и Слово, и плоть [[11]].

4. Не отступает, возлюбленные, от этой веры учитель народов апостол Павел, когда говорит: Аще же и разумехом по плоти Христа, но ныне ктому не разумеем. Дело в том, что воскресение Господа не упразднило плоть, но изменило, и человеческая сущность не была истреблена увеличением силы. Свойство перешло, природа не умалилась: тело, претерпевшее распятие, стало бесстрастным; претерпевшее смерть стало бессмертным; претерпевшее ранения стало нетленным. И поэтому справедливо Апостол говорит, что он не разумеет плоть Христа в том состоянии, в каком она была ранее известна, потому что в ней не осталось ничего страстного, ничего слабого, так что это по сущности та же самая природа, но не та же самая по славе. Что же удивительного, если это высказывает о теле Христа говорящий о всех духовных христианах: Тем же и мы отныне ни единаго вемы по плоти? [[12]] Отныне, говорит, для нас положено начало воскресения во Христе, когда образ всего нашего упования предуказан в Том, Кто умер за всех. Мы не колеблемся от сомнения, и не остаемся в нерешительности из — за ненадежности ожидания, но, получив начало обетования, уже различаем очами веры то, что относится к будущему; и, радуясь возвышению природы, уже обладаем тем, во что верим.