Читаем Порок полностью

Только благодаря этому несносному бешеному урагану в лице мелкой получилось избавиться от странных мыслей, которые крутились по дороге домой после встречи с центровым.

– Ну пошли… – согласился Кот и похромал на лестничный пролет.

– Мелкая, я ушел, – крикнул я Прищепке, считая, что сейчас перебесится и выбежит, но эта зараза вдобавок ко всему что-то запустила в дверь с той стороны, посылая меня нахуй. – Вот же стерва малолетняя. Помимо всего, лет через пять еще будем печься о ее безопасности. С таким-то характером точно кто-то голову захочет открутить, – с кислой рожей бубнил себе под нос под тихие смешки друга.

А впоследствии было не до шуток и веселья, когда сидя на лестнице вновь погрузился в настигнувшие мысли, вымазанные в параше, и приглушенно вполголоса пересказал другу встречу и разговор с аборигеном.

Макс нервно, хромая на больную ногу, наворачивал круги в подъезде, а я, вымотанный за весь ебучий день, правой рукой задумчиво потирал сзади шею.

– Макс… – с шумным вздохом завел опять разговор. – Угомонись. Тебе не стоит переживать. Не лезь больше ни в какие дела. На этом наши с тобой пути расходятся, Кот. Все будет нормально.

– Нормально?! – кинулся он на меня, схватив за грудки, и зло прошипел в лицо. – Ничего уже не будет нормально! Он не вызвал одного из наших к себе или не упомянул о них. Только ты и я.

– Не заводись! – недовольно предупреждающе блеснул на него глазами и отцепил его лапти от себя. – Ты еще ни во что не ввязался. Поверь мне, сейчас ты можешь развернуться и свалить. А потом уже нет. Там уже не ты будешь решать, а за тебя, Кот. Хочешь ты того или не хочешь. Поэтому вали и иди в отказ, если к тебе подвалят. Подумай об Ульянке, – смерив Кота неприязненным взглядом, остудил его пыл.

Поморщился, сделав последнюю затяжку, и затушил бычок о подошву кроссовка, медленно выпустив дым из легких.

– Ну ты тоже можешь отказаться от предложения! От всего! В чем проблема, Туман? Ты думаешь об Ульянке, но о своем брате или родичах не задумываешься… – сев рядом со мной на лестницу добавил он холодным тоном.

Размеренно выдохнул с закрытыми глазами и зажал переносицу, пассивно качая головой.

– Кот, я вот, бывает, до сих пор твоей наивности поражаюсь. Сколько можно уже? Ты, прежде чем пиздануть глупость, можешь хоть иногда задумываться, что ты несешь? – заиграл желваками от внутренней злобы и проникающего в нутро колючего холода, который неприятно ворошил тягостные мысли. – Хватит ныть и есть мой мозг! – огрызнулся на него.

– А че не так, а? Я хочу услышать вразумительный ответ от тебя! К черту весь этот движ! Все. Ты понимаешь, что с сегодняшнего дня начались серьезные терки?

Я посмотрел на него, как на дурачка, не веря себе, что передо мной сидит мой друг.