Читаем Попутчица полностью

Коля внимательно слушал приятеля и, когда тот закончил, задал вопрос:

– Почему бы нет? Вот только зачем ему нужны эти паразиты? Кто он? Ученый? Или сумасшедший?

– Пацаны, – вдруг заговорил Борис, – слушайте… – Побледнев, он потрясенно вглядывался в альбом, словно увидел на одной из фотографий гроб с собственным телом.

– Чего там накопал? – спросил Николай.

– Гадом буду, если это не Яшка, – неверяще произнес Боря. – На, смотри!

Алекс и Николай сгрудились над альбомом. На верхнем фото был запечатлен миловидный кокер-спаниель бархатно-кофейного цвета.

– Очень похож, – признал Коля.

– Какой «похож»?! – возмутился Борис, отбирая альбом. – Это Яшка! Что я, своей собаки не узнаю?! – Лицо его перекосилось от гнева. – Значит, эта старая сволочь на моем Яшке тоже паразитов выращивал? Как грибы на пеньке?!

– Мы этого точно не знаем, – попробовал успокоить приятеля Алексей, но Борю уже было не остановить.

– Я пойду и сломаю клетку, – заявил он, преисполненный решимости исполнить задуманное. – Если Яшка жив, он узнает меня!

– Уймись! – перегородил ему дорогу Николай. – Во-первых, скорее всего нет там твоего Яшки. Во-вторых, нельзя ломать клетки. Как бы то ни было, это частная собственность. К тому же, черт знает, как себя поведут собаки, которые торчат на жаре столько времени. И никакой твой пистолет не поможет.

Казалось, целую минуту Боря сверлил парня ненавидящим взглядом. Затем плечи его обмякли.

– Ладно. Может, ты и прав.

– С этой фоткой можно пойти в полицию, – добавил Коля. – Это офигенный повод прижать Корнеева. Итак, твоя собака – раз. Жестокое обращение с животными – два.

– Манекен – три, – прибавил Алексей.

– Если его матери нет, то, получается, что он всех уделал? – подхватил Боря. – Небось еще и пенсию за бабку получает!

– Точно, – кивнул Николай. – Может, старик «замочил» свою мать? И для отвода глаз придумал куклу?!

– Куда он тогда дел труп? – кисло поинтересовался Алекс. Ему не терпелось убраться из этого мрачного дома, и он все чаще поглядывал в сторону двери.

– «Куда-куда», – отозвался Борис. – В клетку сунул к своим собакам и все, привет Одуванчику! Надо же кормить чем-то своих «шариков».

Несколько секунд ребята молча переваривали свалившуюся на них информацию. Борис достал фотоаппарат и сделал несколько снимков стола и манекена. Отдельно сфотографировал альбом с собаками.

– Ладно, что делать будем? – первым подал голос Алекс. – Может, пора обратно?

Боря с Николаем обменялись взглядами.

– Я предлагаю уйти, – сказал Коля. – Расскажем нашим «родокам». Мой отец сообщит соседу, дяде Толе, он тут раньше участковым работал. А там уже пусть сами решают. Думаю, после этого Корнеева снова допросят. Правда, и мы по шее получим, за незаконное проникновение…

– Я не согласен. В смысле мы не все проверили, – сказал Борис и многозначительно посмотрел наверх.

– Хочешь залезть на чердак?

– Вы обратили внимание, что отсюда наверх нет лестницы? Туда можно попасть только снаружи.

– Я видел в траве лестницу, – вспомнил Коля. – Правда, она вся гнилая.

– Тогда чего стоим? – удивился Борис. – Вперед, рахиты, на Стамбул!

– Может, я к Светке пойду? – робко спросил Алексей. – Пускай она с Ленкой возится, а я подежурю.

– Алекс, ты че?! – рассердился Борис. – Знал бы, что ты такая сопливая нюня, ни за что бы с тобой сюда не пошел! Рэмбо, твою мать!

– Я могу постоять у входа…

– Нет! – отрезал Боря, пресекая дальнейший спор. – Мы полезем наверх, а ты жди внизу.

– Ладно, – промямлил Алексей, нервно переминаясь с ноги на ногу.

– Я заметил еще одну вещь, – сказал Николай, пока они приставляли лестницу к чердаку. Она была кривая, с неровно приколоченными перекладинами, некоторые из которых держались буквально на честном слове.

– Какую же? – спросил Борис.

– С той стороны на чердаке окошко тоже заколочено. Наглухо. Будем надеяться, что дверь не заперта. Ну что, ты первый?

Боря смерил товарища язвительным взглядом и начал карабкаться вверх по лестнице. Перекладины тревожно поскрипывали, словно в последний раз предупреждали, что за последствия этого восхождения они ответственности не несут.

Коля дождался, когда Борис достигнет самого верха, и полез за ним. Ребята толкнули дверь, и, к их удивлению, она с легкостью отворилась.

Спустя минуту они были внутри. Пахло мышами, плесенью и старыми вещами. Николай чихнул. Прямо перед ними в беспорядке были навалены доски, какие-то мешки из-под строительного мусора, мотки проволоки и прочий хлам.

– Ничего тут нет, – с удрученным видом констатировал Борис. – Эх… Правда, еще сарай остался. Может, все-таки взломаем этот курятник?

– Ну да. Еще предложи сортир по дощечкам разобрать, – усмехнулся Николай, задумчиво глядя на противоположную стену, аккуратно обитую темным полиэтиленом.

– Ты чего там увидел? Еще одного клеща? – дернул его за рукав Борис.

– Гм… Слушай, тебе не кажется, что чердак должен быть побольше? Отсюда до стенки метра два с половиной, это от силы. А дом-то немаленький! И потом… Если с другой стороны окно, которое забито досками, это должно быть видно изнутри, а здесь ровная стена. Никаких отверстий под окна. Так?