Читаем Попутчики полностью

Надо сказать, что втайне бердичевлянин любит свой обиженный, затравленный город, выискивает, кто из известных людей в нём родился и жил и какие известные события с ним связаны. Выискивает каждую мелочь. Думаю, если бы бердичевляне знали, что высшая точка юго-западной Авратынской возвышенности находится не в районе Киева, а в районе Бердичева, то, безусловно, этим бы гордились. Однако они этого не знают, возвышенность не гора, она повышается постепенно и охватывает многие сотни километров от Днепра до Припяти. В районе Бердичева находится лишь небольшой холм, именуемый почему-то Лысая гора, где традиционно, ещё с царских времён расположены военные казармы.

Военных в Бердичеве всегда много. Это либо лейтенанты-женихи, либо полковники отставного возраста, которые, выйдя на пенсию, часто покупают себе домик на зелёных, окраинных улицах и, картаво рассказывая об "еврейских кухочках", сами с удовольствием жрут бердичевских жирных кур и гусей. Смешной, постыдный город Бердичев, но много ли их, белоголовых, вернулось назад на морошку да клюкву, на подножный корм в свою родную Сибирь? Возвращаться не хотят, но злословят. Уж на что среди украинцев силен антисемит, а эти ещё покрепче. Пока живут у себя в Сибири, то с антисемитизмом у них слабее, умеренно, вяло, а как попробуют жирной бердичевской курицы, то словно бесятся, словно боятся, если утихнет в этой местности антисемитизм, то их украинцы опять на сибирскую клюкву прогонят.

Впрочем, общеизвестно, что в среднем русский человек в русских областях гораздо лучше русского в областях нерусских. Чужак всё-таки. Ходит - нет, нет, да и оглянется: что сзади? В старое время было сословное единство дворянства, которое ослабляло национальную рознь, было единство культурное, которое эту рознь почти ликвидировало. А красномордому сибиряку-отставнику как с украинским, толстозадым хатовладельцем национальные противоречия замазать? Анекдотами про "кухочку". Вон они по перрону идут рядом, пельмень с галушкой. Рыбные снасти при них, плетёные местные кошёлки с выпивкой, салом, помидорами, видать в Червоное собрались на рассветную рыбалку, лещей удить, да карасей. Идут, как два брата, на бердичевских евреев поглядывают, да посмеиваются. Однако, бердичевские евреи привыкли такие усмешки не замечать, у них свои проблемы. Чичильницкого, к примеру, так и не нашли.

Когда-то на одной бердичевской свадьбе я встретил множество Чичильницких, сразу несколько семей. И едва заиграла музыка, как они все пустились в пляску, высоко подбрасывая ноги и напевая:

Гезунт золс те зайн,

Гезунт золс те зайн,

Ай-яй-яй-яй-яй-яй-яй,

Гезунт золс те зайн.

Поют хорошо. Многие Чичильницкие участвуют в сводном хоре города Бердичева. Я помню, как на областном смотре в Житомире этот хор, женщины в русских сарафанах, мужчины в вышитых рубашках, исполнил песню Павла Кузьмича Самохина, директора бердичевского музыкального училища:

Мой голубчик по саду гуляет

Прехороший по саду гуляет

Ой-ели-ели-ей...

А когда бердичевские парубки и девчата вышли на заключительный гопак, то и среди них было несколько Чичильницких обоего пола в красных чоботях: "Гоп, кумо, не журысь..."

- Чичильницкий, - кричат уже в конце перрона у самого тепловоза, и один раз даже по имени, - Ы-ы-ы-зя! - тепловозным гудком, - Ызя Цызин!

Нет, это уже другого зовут. А где же Чичильницкий? Может Чичильницкий должен был приехать этим, двадцать седьмым, да дела задержали в Киеве или Казатине? У Чичильницкого всюду дела.