Читаем Поправка-22 полностью

– У меня все разработано, – зашептал Доббз, ухватившись обеими руками с побелевшими костяшками пальцев за койку Oppa, чтобы унять в них дрожь. – Он должен приехать со своей треклятой фермы в четверг, и вот я проберусь утром по лесу к тому крутому повороту дороги, где все машины сбрасывают скорость, засяду у обочины в кустах и буду его ждать. Ему придется притормозить, а я уже нашел там одно место, откуда дорога хорошо просматривается в обе стороны, так что мне будет видно, пустая она или нет. Когда он покажется, я пхну прямо с обочины на дорогу бревно, чтобы он остановился и вылез. Ну а тут уж вылезу из кустов, и я – с «люгером» наготове – и буду палить ему в башку, пока он не подохнет. Сделаю свое дело, закопаю «люгер», вернусь, опять же лесом, в эскадрилью и займусь как ни в чем не бывало своими делами. Ну что – хорош план?

Йоссариан внимательно следил за каждым этапом предполагаемого убийства.

– А я-то тебе зачем? – удивленно спросил он.

– В одиночку у меня ничего не получится, – объяснил ему Доббз. – Мне надо, чтоб ты послал меня на это дело.

– Только-то? – не веря своим ушам, воскликнул Йоссариан. – Чтоб я тебя послал?

– Больше мне ничего не нужно, – заверил его Доббз. – Пошли меня, и послезавтра я повыбью ему мозги. – От возбуждения Доббз говорил все быстрее и громче. – Я бы и подполковнику Корну с удовольствием прострелил башку, раз уж мы за это взялись, хотя Дэнби, если ты не возражаешь, оставил бы в покое. Потом хорошо бы прикончить Эпплби с Хавермейером, а там, глядишь, и Маквота.

– Маквота? – едва не подпрыгнув от испуга, вскричал Йоссариан. – Он же мой друг! Чем, скажи на милость, не угодил тебе Маквот!

– Да так, вообще, – в замешательстве отозвался Доббз. – Я просто решил, что раз уж мы разделаемся с Эпплби и Хавермейером, то заодно надо прикончить и Маквота. А ты не хочешь?

– Послушай, – твердо сказал Йоссариан, – я, возможно, подумаю о твоем предложении, если ты перестанешь орать на весь остров и ограничишься убийством Кошкарта. Но если тебе хочется устроить здесь кровавое побоище, то забудь про меня раз и навсегда.

– Да ограничусь я, ограничусь, успокойся, – надеясь уломать его, смирно согласился Доббз. – Так убить мне полковника Кошкарта? Ты посылаешь меня на это дело?

Йоссариан покачал головой.

– Боюсь, Доббз, что не смогу я послать тебя на такое дело, – сказал он.

Доббза охватило отчаяние.

– Ну хорошо, давай тогда договоримся по-другому, – сокрушенно уступил он. – Тебе не надо меня посылать. Скажи просто, что это хорошее дело. Идет? Так хорошее это дело?

Йоссариан снова покачал головой.

– Это было бы великое дело, если б ты сделал его без всяких разговоров. А теперь уже поздно. Боюсь, что ничего я не могу тебе сказать – по крайней мере сейчас. Но возможно, потом и передумаю.

– Тогда-то уж точно будет поздно.

Йоссариан еще раз покачал головой. На мгновение Доббз горестно оцепенел. Потом стремительно вскочил и бросился к доктору Дейнике в надежде добиться наконец с помощью очередной психической атаки, чтобы тот освободил его от полетов. По пути он едва не свернул умывальник и чуть не упал, споткнувшись о топливопровод к плите, который мастерил в свободное время Орр. Доктор Дейника без труда выдержал буйную атаку Доббза, отвечая на осатанелые вопли и негодующие жесты только нетерпеливыми кивками головы, а потом послал его в медпалатку, наказал описать свои симптомы Гэсу и Уэсу, которые вымазали ему десны лиловым раствором горечавки, как только он открыл рот. Они выкрасили ему лиловым раствором и пальцы на ногах, а когда он попытался заявить протест, искусно запихали ему в глотку таблетку слабительного и спровадили.