Уэйн смотрел телевизор всю свою жизнь и попадал не только на комедийные сериалы и повторные показы «Стар-Трека». За десятилетия, проведенные за пультом дистанционного управления, перед глазами Уэйна прошли десятки тысяч фрагментов ток-шоу, программ «Дискавери», новостей «Си-эн-эн» — нескончаемый поток «информации» и «анализа». Бесконечная череда телевизионных докторов, терапевтов, психологов и «экспертов» всех мастей снабдили целые поколения зрителей фастфудовским вариантом понятий и идей, которые раньше можно было приобрести только за долгие годы чтения и размышлений.

Умный человек, проведший всю жизнь у телевизора, впитает более чем достаточно всевозможного высокопарного философского дерьма и псевдонаучных рассуждений; а Уэйн, как Брюс уже начал догадываться, был умным человеком.

Брюс понимал, что Уэйн прав. Абсолютно и несомненно. Всего за несколько секунд в эфире преступник мог стать героем. А герой — преступником, как в случае Брюса.

Он попробовал другую тактику.

— А если я завтра публично откажусь от своих слов? Если я заявлю всему миру, что ты меня заставил взять на себя ответственность?

Скаут решила, что Брюс недооценивает гениальность плана Уэйна.

— К тому моменту тебя может и не быть, мистер Большая Шишка, — заметила она. — Кто знает, когда ты умрешь?

Уэйн засмеялся.

— Точно, крошка. Но, откровенно говоря, не так уж важно, что ты скажешь завтра, Брюс, даже если предположить, что ты до завтра дотянешь. Завтра наша история обретет свою собственную жизнь. На повестке дня у каждой газеты, у каждого ток-шоу будет стоять вопрос: «Кто виноват?» И что бы ты ни сказал, это не сотрет из памяти сегодняшний день и тот образ, который будет создан сегодня. Это решающий момент, и именно его все запомнят, — круче избиения Родни Кинга, круче кортежа Кеннеди.

— Ну, ну, Уэйн, смотри не продешеви, — процедил сквозь зубы Брюс.

— Да брось ты, приятель! Все сложилось как нельзя лучше: король Голливуда, двое серийных убийц, умирающая звезда «Плейбоя», потрепанная ведьма-жена, соблазнительная маленькая дочка, вся в слезах… кровь, оружие… у нас тут все как полагается. Никто не сможет это забыть. Мы все останемся в их памяти навеки.

Уэйн подошел вплотную к Брюсу и заглянул ему в лицо.

— А при виде тебя, Брюс, они только об этом и будут помнить. О том, как ты стоишь в обнимку со мной и Скаут и — под хныканье дочери и стоны умирающей подружки — говоришь: «Америка, очнись! Мы сеем ветер, а пожинаем ураган. Эти двое невежественных грешников — одной с вами крови. Одной крови со мной. Мои сын и дочь. Я породил их, и мои грехи легли им на душу…» Вот так-то, а теперь давайте выпьем.

Глава тридцатая

Оливер и Дейл готовились к утреннему выпуску программы «Кофе-тайм», когда в их студии раздался телефонный звонок.

— Мне нужны две телевизионные знаменитости, — потребовал директор отдела новостей, — способные провести выпуск не из студии, а из самой гущи событий. Людям в этом доме нужен друг.

Мюррей уже выиграл битву за право послать к Уэйну свою команду.

— Преступники связались с нами, и это дает нам преимущество над всеми остальными, — высокомерно заявил он представителям других телекомпаний. — К тому же, если вы будете возражать, я не скажу вам, в чем заключаются требования преступников, и ваши люди только напрасно погибнут.

Теперь Мюррею осталось убедить Оливера и Дейл, в которых компания столько вложила, что именно они должны войти в дом Брюса Деламитри от имени «Эн-би-си». Мюррей торопился. Уэйн требовал двух техников, а не ведущих. Оливера и Дейл еще придется обучить работе с аппаратурой, времени же на это — в обрез.

Двум залакированным телевизионным куклам предложение Мюррея не могло не показаться заманчивым… Это был шанс в одно мгновение превратиться из популярных ведущих, которые только и делают, что читают текст суфлера и беседуют со знаменитостями, в героев эпохи.

С другой стороны, люди, захватившие в доме заложников, — массовые убийцы…

— А вы уверены, что это безопасно? — спросил Оливер. — Я просто за Дейл переживаю, понимаете?

— Безопасность гарантирована, — заверил их начальник. — Зачем ему вас убивать? Вы ему необходимы. Телевидение — все, что у него осталось. С нами он суперзвезда, а без нас — неудачник, которого ждет электрический стул. Мы нужны ему не меньше, чем он нам.

Дейл и Оливер обменялись взволнованными взглядами. Их вдруг обоих осенило, что мечтающий о славе маньяк-убийца только выиграет, прикончив в прямом эфире парочку ведущих программы «Кофе-тайм». И все же это такая возможность! Оливер и Дейл — бесстрашные правдоискатели, военные корреспонденты, рискующие жизнью ради того, чтобы донести самую громкую историю десятилетия в дома американских телезрителей!

Мюррей решил по максимуму использовать свое преимущество.

— Можете не волноваться. Вам обещана полная безопасность. — Он понизил голос: — Но послушайте, не надо всем об этом рассказывать. Пусть думают, что вы работаете на свой страх и риск, потому что для вас нет ничего важнее, чем право телезрителей знать последние новости.

— Вот это да! — воскликнула Дейл.