Я пыталась вынести малютку на прогулку, когда ей исполнилось три месяца, но холод был настолько сильным, что, выйдя на улицу, я отказалась от идеи, что свежий воздух полезен для ребенка, и ограничилась открытыми окнами.
Спустя полгода во дворец вернулся Эрик. Когда впервые я столкнулась с угрюмым мужчиной в коридоре, инстинктивно захотелось вжаться в стену. Но он смерил меня безразличным взглядом и пошел дальше, не проронив ни слова.
Когда я застала его в комнате Лиры, по моей спине пробежал холодок.
«Что?» — только успела пискнуть я, заметив, что он держит дочку на руках.
«Тише, ты,» — шикнул на меня принц, — «Разбудишь.»
Он положил девочку в кроватку, кивнул няне и ушел.
Вечером Даррена ожидал довольно занимательный разговор.
«У меня чуть сердце не остановилось,» — я старалась не кричать на короля.
«Ты паникуешь, Эшли, он не причинит Лире вреда,» — спокойно возражал мужчина.
«Я в этом не уверена. Я не хочу, чтобы он в наше отсутствие подходил к ребенку, Рен,» — я строго посмотрела на мужчину.
«Я поговорю с Эриком, успокойся.» — невозмутимо сказал он и сменил тему, — «Ты помнишь, что на следующей неделе мы представим принцессу придворным, соответственно, о ней узнают другие правители,» — напомнил мне Даррен то, о чем я пыталась забыть последний месяц.
После того, как Лире исполнилось полгода, Даррен намерен был объявить о том, что у него появилась наследница и представить ее придворным. Чем для нас это обернется, оставалось только гадать. Он больше не упоминал о моей коронации или свадьбе. Как бы я не отгоняла мысли о слухах, которые поползут, и о том, что мою крошку посчитают бастардом, но они были моими постоянными спутниками.
«Забудешь такое,» — я села на кровать, прикрывая лицо руками.
«Что тебя беспокоит, Эшли?» — присел король у моих ног и отобрал руки, заставляя смотреть ему в глаза.
«Слухи. Ты помолвлен с Элорой, и тут дочка. Все это сложно и запутанно. Не хочу, чтобы вся эта грязь полилась на нашу девочку,» — сказала я, не отводя взгляд.
«Этот вопрос я решил, как и обещал, никаких слухов не будет. Ты моя жена, она моя наследница. Я уже давно разорвал помолвку с принцессой, она тут не в статусе моей невесты. Все в порядке, Эшли, тебе не о чем беспокоиться,» — с улыбкой сказал Даррен и поцеловал мою руку.
«Жена, но когда?» — я пыталась вспомнить, и единственное, что пришло в голову, это тот тайный ритуал, — «Ритуал? Но почему ты ничего не сказал?»
Даррен пожал плечами, — «Говорю сейчас. На то он и тайный ритуал, что до объявления должен оставаться в тайне, даже служитель ничего не имел права произнести. Поэтому мы все делали молча,» — он улыбнулся и добавил довольным тоном, — «Жена.»
«А как же коронация? Я не хочу быть королевой,» — задала я следующий вопрос.
«Это я тоже учел, Эшли. Я не стану принуждать тебя к чему-либо, потому ты не станешь королевой. Мы с Эриком придумали другой выход еще до его отъезда. Королевой будет Элора,» — так же спокойно сказал Рен, и как только я открыла рот, чтобы спросить, собирается ли он завести себе еще одну жену, он покачал головой, будто читая мои мысли, и тут же ответил, — «Нет, я не женюсь на Элоре, это сделает Эрик. Поскольку она войдет в семью, коронуют ее. Это сложно, но я уже внес необходимые изменения в наши законы, совет не посмел спорить. Я мог бы править и без коронованной королевы, но я сделал это для Лиры.»
«Не понимаю,» — я покачала головой.
«Она не будет наследницей короны, после свадьбы мы подпишем соглашение. Я передам корону наследнику Эрика и Элоры, поэтому нужно ее короновать. Я хочу, чтобы наша девочка была свободна. Когда она вырастет, мы покажем ей твой мир, и Лира сама выберет, где строить свою жизнь. Сейчас я делаю все, чтобы у нее была возможность выбрать самой, избавив ее от бремени короны,» — сказал Даррен, и когда до меня дошел смысл его слов, потекли слезы.
Он подарил нашей девочке то, о чем я и не мечтала: свободу самой выбирать свое будущее и возможность жить так, как она захочет, без всех глупых правил и условностей средневековья.
В тронном зале собрались все советники и влиятельные аристократы Истона, чтобы выслушать своего короля. Даррен уверенной походкой вошел в зал, держа на руках черноволосую девочку. По залу прошлись шепотки.
«Представляю вам свою дочь и законную наследницу: Лира Алистон, принцесса Сарнии,» — громогласно объявил король, и воцарилась тишина. Рен подозвал меня жестом, и снова по залу пронесся гул голосов.
«Моя законная супруга, графиня Эшли Браунстоун,» — снова сказал король и передал мне дочку. Я стала возле трона, на который опустился король.
Фредерик, как и обещал, официально принял меня в свой род, тем самым обеспечив титул и новую фамилию. Теперь я была графиней Браунстоун. Сложенная фамилия давала понять, что я не кровный родственник графа, но находилась под его защитой как полноценный член семьи.
В зале звучал шепот, но все ожидали дальнейших объявлений. По традиции, представив свою супругу, король должен был назначить дату коронации.