Десяток сопровождения купца в этот раз не ожидал возле коней, а отправился в сторону бараков и летней кухни, гостей теперь всегда туда отправляли столоваться, да и переночевать, если нужно. Это раньше разместить было негде, разве что в своей маленькой избе потесниться, теперь недочет был исправлен.

— Вот и наш Тимофей Прокопыч! Смотри, Креслав Здеславович к нам пожаловал с визитом. Сказывает хорошо мыло наше продается. — поприветствовал Тимофея Прокоп.

— Прокопыч? — поднял бровь купец.

— Так сирота он, один одинешенек, да и я один. Как-то мужики назвали его разок, вот и прилипло, привыкли уже. — оправдался Прокоп.

Да и действительно, все его теперь звали Прокопычем, ну точнее, те, кто решил к нему обращаться по имени отчеству, что было очень лестно для парня. В это время такое проявление уважения дорогого стоило.

Далеко не все признавали старшинство Тимофея на работах, все-таки ему на вид было лет 13-14, максимум 15 можно дать, и рода за ним никакого не стоит и должностей, так что для большинства он все равно был Тимоха или Тимофей, но для части людей, которые провели с ним больше времени и признавали его за умение и умелое руководство работами или даже банально потому что деньги выплачивал лично он, для них он стал Тимофеем Прокопычем.

— Доброго тебе здравия, Креслав Здеславович! — склонил голову Тимофей в вежливом поклоне. — Какими судьбами? Еще заказ оставить хотите, али просто мимо проезжали? У нас теперь есть где остановиться и передохнуть, да и угощение найдется.

— Да уж и не узнать деревню, дивно сделано!

Купец обвел рукой все, что было вокруг, отмечая и размеры новых изб и торчащие кирпичные трубы, подметил и то, что выстроено все рядами, как по ниточке, и то что людей нынче много трудится.

- А где же поля ваши? Смотрю людишек много трудится, а полей с зерном не видать, только грядки большие видели, но без зерна не прокормиться, да и скотины почти нет. — спросил Креслав, моментально сообразив, на чем и тут можно заработать. Купец все-таки, а им всегда нужно искать потребности людей, на удовлетворении которых и живет торговый люд.

Так и начался новый торг прямо возле дома, что может быть нужно деревне и чем те смогут отплатить. Брать по полной цене за серебро в этот раз купец не желал, за свои товары цену спрашивал тоже не малую, но и не сильно загибал. В итоге, через пол часа появилась Людмила и пригласила всех за стол, накрытый в избе Прокопа, там ожесточенный торг продолжался дальше. Деревня за последний год явно прибавила в производстве и становилась все интереснее для торговли. Тут ведь не только товар добрый взять можно, так и сюда можно многое привозить, селение новое, строится много. Если деньги есть, то всегда торговля хорошая получится.

***

— Тимоха, уверен что справимся? — Прокоп с Тимофеем сидели на лавочке возле дома и смотрели на опускающиеся сумерки.

— Постараемся, Прокоп. Смотри сколько уже сделали. Помнишь что тут было? — парень обвел рукой округу.

Рабочий день заканчивался, одни люди сворачивали свои дела, а другие уже просто отдыхали, после тяжелого труда. Вот группа мужиков заходила в баню, смыть с себя усталость, а дальше неугомонные детишки с визгом бегали за подросшими щенками.

Много сделали, прав ты. Но и обещал не мало, оброк по этому году не малый уплатить нужно.Я все считаю, не переживай, справимся. Сильно лишнего не обещал.

Переживания Прокопа были оправданы. Итогами торга оказались большие закупки различного продовольствия, железа, тканей, готовой одежды и сырья для производства мыла. Очень большие для деревни. Больше двух сотен гривен в денежном исчислении. В оплату же должны были пойти деготь, мыло и несколько телег кирпичей. Еще 40 гривен должно было быть получено серебром. Итого около 250 гривен товара, необходимого к производству.

Все это должно было быть передано в 2 захода равными частями, первый уже через три недели, а второй по первому снегу. А к тому времени еще и оброк должен быть готов, который в этом году набегал под 50 гривен с прибылей, не учитывая стоимость древесины. Если боярин еще и за глину добытую на его земле цену запросит, то и совсем беда. Так что готовить к выплате приходилось больше сотни гривен еще и боярину, причем как минимум треть серебром. Это Михайла Глебыч передал, который наведывался в деревню по паре раз в месяц и внимательно осматривал все изменения и нововведения.

Смогут ли за неполные 4 месяца они столько сделать? Придется затянуть пояса.

Глава 12

«Бумага, мне нужна бумага, любая… Бесит, черт!»