— Почаще надо всех спасать! — весело ухмыльнулся Тимофей, откидываясь на стену. — Благодарствую, Людмила, такого пира за всю свою жизнь не припомню! Надо нам стены ставить, Игнат, третий раз уже от вороги приходят.

— Так мало нас, куда нам стены защищать, как ворог, так в леса уходить нужно, прятаться. — пробурчал Игнат и встав, начал копаться в углу. — Вот, болты твои, ты не обессудь, только три нашлось, остальные в снегу пропали. Шкуры сам все сделаю, как готовы станут верну, самострел только попортился, новый делать надобно, но я найду, будет тебе самострел лучше старого!

Игнат все пытался отплатить парню за спасение детей, подсовывая то одно, то другое, что в принципе ему было и не нужно, а вот самострел жалко, это да. Единственное оружие, с которым он успел наловчиться и, которое давало хоть какое-то чувство спокойствия и защищенности — пропало, переломилось при падении на него туши волка. Так что теперь единственным защитником деревни остался только Игнат, который и голыми руками может делов натворить.

— Одну шкуру мне, одну деду Прокопу, а остальное себе оставь, Игнат. Ты мне лучше вот в чем подсобишь…

Глава 10

Как это ни странно, но заняться зимой все-таки было чем. Казалось бы, зимой деревня должна засыпать, но не каждая. В некоторых и скотины много, которая постоянно уход требует, где-то рукоделием занимаются, пытаясь заработать на лишний кусок хлеба с маслом, кто-то на заработки в другие места уходит, чтобы оттуда звонкое серебро добыть, а где-то шло рутинное производство дегтя, мыла и вязаных вещей.

Да-да, вам не показалось, именно так. Производством это назвать было конечно сложно, потому что вязанием занимались всего трое, сам Тимофей и Людмила с дочкой, остальные участвовать в подобной забаве наотрез отказались. Да и ладно, втроем за зиму у всей деревни появились новые обновки, а это главное. С теплыми вещами у парня по прежнему был напряг, Прокоп да и семья Игната уже нажили себе добра, а вот Тимофею приходилось к каждому сезону готовиться впервые.

Людмила по достоинству оценила вязание, выдавая изделие за изделием, правда не на продажу, а для детей и мужа. Тимофей даже удивился тому, что это для неё было в новинку. Почему-то он считал, что вязание — это один из древнейших способов создания одежды, оказалось, что небольшие ткацкие станки, которые выдавали пусть грубоватую, но ткань, тут были распространены, а вот такое рукоделие в ход не пошло. Может быть ткань получалось сделать просто быстрее и в этом проблема?

— Здравия вам, хозяева. Тимофей ты будешь? — к Прокопу подошел высокий полноватый мужчина, укутанный в теплый красивый тулуп.

Лисья шапка на на голове покачивалась из стороны в сторону, в такт переминающемуся с ноги на ногу человеку, разминающему затекшие конечности. Видимо не привычно было долго сидеть в седле, или слишком долго ехал, что даже привычка не помогла.

— Доброго здравия, боярин. Прокопом меня величать, Тимофея нету, к вечеру должен прибыть. Могу ли я чем помочь? — поклонился Прокоп, но далеко не так глубоко, как обычно это делал перед Яковом Прокшиничем.

Этот поклон был лишь вежливостью, не понятно кто перед ним стоит, а человек в дорогих одеждах скорее всего выше по статусу, чем простой деревенский староста.

— Не боярин я, торговый человек, Сновидом звать. Сказывали мне, Тимофей этот мыло продает, недалече был, завернуть решил, посмотреть. — пробасил купец, оглядывая обстановку деревни и подмечая разные мелочи. — А скотина где ж ваша, Прокоп?

— Тати проклятые увели по прошлому году, добрый человек. Проходи в дом. Нечего на улице дожидаться, долго еще отрок возвращаться будет. Сейчас пошлю за ним, пусть быстрее оборачивается, гостей не заставляет долго ждать.

Прокоп пригласил купца в дом и отправил детей за Тимофеем, а сам в это время организовал небольшое угощение на стол и начал показывать товар. К концу зимы все мыло уже давно было сварено и высушено, они даже собирались еще раз ехать к боярину, чтобы обменять на новые ингредиенты, но деготь еще не был готов, а без него показываться боярину на глаза особого смысла не было. Вообще не факт, что он забрал бы только мыло, в нем особой пользы для него не было, только на перепродажу. А вот сосновый деготь был вещью полезной в хозяйстве и на производстве судов, если бочку получится ему сделать, то и людей еще дать может. Хотя, учитывая как мужики из соседней деревни охотно тут подрабатывали, может быть и не стоит выпрашивать людей, а стоит самостоятельно нанимать.