Читаем Понюшка полностью

Возникла пауза. Ваймс с некоторым испугом посмотрел на сына, который, к счастью, увлеченно читал новую книжку.

— Вы не притронулись к своему кофе, командор. Вы просто держите его в руках и смотрите на меня.

Ваймс сделал большой глоток обжигающего кофе, но даже не заметил этого:

— Это правда? Простите, не знаю, что сказать.

Слезы гриба внимательно следила за Ваймсом, готовая ринуться в атаку с предложением печенья. Которое оказалось на удивление вкусным, и чтобы скрыть свое смущение, Сэм похвалил его и взял еще одно.

— Тогда и не о чем говорить, — ответила мисс Бидл. — Убиты, и безо всякой на то причины. Так бывает.

Всем известно, что они бесполезные существа, разве нет? Говорю вам, командор, это правда. Самые чудовищные поступки в мире совершаются людьми, которые считают, действительно считают, что они поступают хорошо, особенно, если в дело вовлечено какое-нибудь божество. Так что ушло очень много времени и прочих вещей, чтобы убедить маленькую девочку, что она больше не одна из ужасных гоблинов, а действительно одна из людей, которые вовсе не ужасны, потому что они были твердо уверены, что все эти обливания холодной водой и чудовищные побои за то, что она говорит по-гоблински или отрешенно напевает гоблинские песенки, все это делается ради нее самой. К счастью, хотя она так не думала, она была умной, сильной, и быстро училась. Она научилась быть хорошей девочкой, научилась носить правильную одежду, научилась есть ножом с вилкой, кланяться и благодарить за все, что получает, включая оплеухи. И она так навострилась не быть гоблином, что ей разрешили работать в саду, откуда она сбежала, перебравшись через стену. Им так и не удалось ее сломать, и она сказала мне, что внутри нее всегда будет жить гоблин. Я никогда не видела отца, но судя по словам моей матери, он был добрым и трудолюбивым человеком, а еще, подозреваю, что он был терпеливым и понимающим.

Мисс Бидл поднялась и отряхнула платье, словно пытаясь смахнуть с себя крупинки этой истории. Стоя в ситцевой комнате рядом с арфой она заявила:

— Я не знаю, кем были те люди, что убили ее сородичей и били мою мать, но если я когда-либо узнаю, кто это был, я бы не раздумывая убила их, потому что хорошие люди не должны быть такими плохими. Добро заключается в поступках человека, а не в его молитвах.

Так уж случилось, что мой отец был ювелиром, и вскоре он узнал, что моя мать очень одарена в этом вопросе, возможно именно из-за времени, проведенного с гоблинами, которые хорошо чувствуют камни. Уверена, иметь жену, которая, расстроившись, ругается по-гоблински, а гоблинские проклятья могут длиться по четверть часа, не просто. Она, как вы можете догадаться, не была создана для чтения книг, а вот мой отец был, и однажды я задумалась, а насколько трудно писать книги?

В конце-концов, основные слова будут «я», «и», «это», и остается еще богатый выбор, так что большая часть работы уже проделана за тебя. Это было пятьдесят семь книг назад. Похоже, это срабатывает.

Мисс Бидл села в кресло и наклонилась вперед.

— У них, командор, один из самых трудных языков, какой только возможно вообразить. Значение слов меняется, в зависимости от стоящих рядом с ними, оратора, слушателя, времени года, погоды и еще целой кучи вещей. У них имеется даже собственный эквивалент поэзии. Они умеют обращаться с огнем… а три года назад большую часть из них захватили и увезли неизвестно куда, потому что они досаждают людям. Разве вы не поэтому приехали?

Ваймс глубоко вздохнул.

— Вообще-то, мисс Бидл, я приехал проведать поместье моей супруги, и показать сынуле как живет деревня. В процессе этого я уже был арестован по подозрению кузнеца и увидел истерзанное тело женщины гоблинов. Кроме этого, мне так и не известно, где именно находится вышеозначенный кузнец, и, мисс Бидл, тот, кто смог бы просветить меня по этому поводу.

— Да, я тоже видела тело, и, к моему большому сожалению, не могу сказать, где находится Джетро.

Ваймс задумчиво уставился на нее. Похоже, она говорила правду.

— Значит, он не прячется в какой-нибудь шахте?

— Нет, я проверяла. Я уже везде посмотрела. Никаких следов. Ничего. И его родители тоже не имеют представления, где он. Он, конечно, своевольный, но не мог исчезнуть, ничего не сказав мне. — Смутившись, она опустила глаза.

Ее молчание было говорящим. Ваймс нарушил тишину:

— Пока я жив, убийство той девушки на холме не останется безнаказанным. Можно сказать, я принял его очень близко к сердцу. Думаю, кто-то решил подставить меня и сбить со следа. — Он сделал паузу. — Скажите, те горшочки, что делают гоблины. Они ведь постоянно носят их с собой?

— Да, конечно, но только те, разумеется, что нужно наполнять в данный момент. — С заметной нервозностью ответила мисс Бидл. — Это важно?

— Что ж, можно сказать, полицейский вынужден мыслить на языке гоблинов: все на свете зависит от всего на свете. И, кстати, кому еще известно про ваш ход, ведущий в пещеру под холмом?

— Почему вы решили, что у меня есть такой ход?