Через час не выдерживаю. Беру телефон и ищу её профиль в одной социальной сети. Долго искать не пришлось, правда страница от посторонних глаз почти полностью скрыта, но яркий зелёный шарик продолжает мигать, сколько я на него не смотрю.

Похоже, не одному мне нынче не спится.

Катерина.

Только зашла домой. Уже начало светать. Нет, всё-таки придется менять работу. Едва ли протяну так до конца года. Хоть и платят неплохо, но контингент, этот ненормированный график, весь этот постоянный аврал, что приходится на пятницу и субботу, выбивает из колеи на всю следующую неделю.

Сегодня только разобрали склад, что за четыре свадьбы подряд превратился в огромную помойку с протухшей водой из-под цветов, обляпанным оазисом, расплетенными лентами и горой грязной посуду из Кэнди Бара.

В принципе, мы даже быстро справились..

Только почему я каждый раз прихожу и пытаюсь не зареветь от навалившейся усталости? Я же не слабачка какая-то, не такое выдерживала, но почему так, а?

К черту. Утром всё равно начинать неделю заново. Снова день проведу за компьютером, снова съезжу на пару встреч вместе с Натой.

Черт, хочется всё бросить.

Если бы кто-то мне сказал, что устраивать чужое счастье — это просто неблагодарное занятие, я бы раньше лишь рассмеялась. А сейчас… да, черт возьми, да.

Ладно. Надо, как обычно, выдержать планку, сходить в душ и хоть немного поспать.

Ещё и со вторника ездить в зал. Блин, могла бы выбрать место поближе и подешевле, но нет же. Подумала, что судьба впихнула в руки листовку. А это не судьба вовсе, а помешанный какой-то. Блин, могла бы и по фигуре его догадаться, что он далеко не промоутер.

Ладно, деньги заплачены. Раз решилась наконец заниматься на людях, надо отходить хотя бы месяц… Ох, даже страшно немного…

Второй вдох. Загазован

Катерина

— Кать, расслабьте плечи. — Вторит мне снова Никита Федорович. — Переносим центр тяжести и стараемся бить не рукой, а всем корпусом. Понимаете разницу?

Да ничего я не понимаю! Пробую — снова не получается. Ну, как так!? Не могу. Вся взмокла за этот час. Такое чувство, что я просто пробка, застрявшая в горлышке бутылки, которую в бой курантов пытаются выкрутить всем, что только попадётся под руку. Не понимаю!

Мне немного стыдно за свою неуклюжесть… и от этого я становлюсь, очевидно, ещё глупее. Ошибаюсь во всем, начиная от простого сжатия кулака, до расположения ног. Ну, как это запомнить? Кто знал, что всё это не так просто..

— Кать… не так. — Вновь повторяет тренер, что, к слову, оказался не таким уж и старым, как я его себе представляла. Точнее — совсем даже не старым.

Держится на ринге с завидной уверенностью, отвечает на многочисленные вопросы и помогает всей собравшейся пятерке, что уже неплохо справляются, не то, что я.

Выдыхаю, проводя по отсыревшему лбу перчаткой.

— Всё. Все молодцы. Заканчиваем.

Наконец-то! Готова рухнуть сейчас прямо тут, но лучше бы доползти до душевой и тихо скатиться там по стеночке.

— Екатерина, останьтесь.

Все проходят мимо, бросая на меня изучающие взгляды, безрезультатно пытаюсь нацепить на своё лицо хоть что-то живое и повернуться к нему.

— Для первого раза молодец.

Слабо улыбнулась.

— Техника со временем придет, ты не переживай. — Начинаю нервничать из-за того, что ещё и он перешёл на "Ты". Может, это место такое? — У меня жена в первый раз себе чуть руку не вывернула.

Слава Богу, женатый. Наверное, просто приветлив, нечего бояться.

— Так вот, смотри, в чём тут разница..

Делает шаг ко мне, инстинктивно заставляя отшатнуться. Встревоженно смотрит, не понимая, почему я.. Дверь вдруг хлопнула. Оглянулись.

Снова он. Принесла нелёгкая… я уже поверила, что отстал и переключился. Судя по довольной улыбке, отсвечивающей в мою сторону, этого мне явно ждать не стоит.

— Никит, Вы продолжайте, я тут посижу.

Заскакивает на ринг и наглым образом садится в угол, поджав ноги к себе.

— Ну, и что ты тут… — Кричит в ответ тренер, но замирает, обернувшись ко мне. — О, точно. Я и забыл. Ты та самая Катя? — Можно мне идти уже?

Чувствую, как в дальнем углу чокнутый ухмыльнулся.

— Подожди. — Прерывает молчание, судя по всему, его близкий друг. Иначе как ещё объяснить эту фамильярность? — Так. Сейчас покажу.

Оборачивается.

— Рав, иди сюда.

Вскакивает, в два счета оказавшись рядом. Да зачем со мной-то вставать, а? Отошла от него подальше.

— Кать, смотри. Когда ты работаешь только рукой, получается примерно это. — Он выкидывает руку и едва касается щеки Равиля. — Запомнила?

Кивнула.

— А когда переносишь весь корпус, оставаясь при этом в одной точке, получается примерно следующее.

Подаётся вперёд туловищем и со всей силы впечатывает кулак прямо в челюсть… мать вашу!

Равиль зажмурился, возвращаясь в стойку, сплевывает кровью прямо на пол. Кровью! Настоящей кровью! Красной. Вытирает рукой губу.

А дальше так и продолжает стоять и смотреть мне в глаза, слегка улыбаясь. Точно. Они чокнутые. Оба. Где тут выход!? Сглотнула, словно ощутив оскомину во рту.

— Разницу видела?

Кивнула, пытаясь побороть подступившую дрожь.