Читаем Помеха справа полностью

– Кто? Я уж точно не стала бы, не в моих это было интересах, не дай бог, она бы передумала. А прежние супружницы от Валерки старались держаться подальше, они и не знали, наверное, что он собрался новую жену завести. Это все очень быстро случилось: со мной развелся – с ней расписался, меня с вещичками вывез – ее вселил…

– Так вы после развода потеряли элитное жилье в центре?

– И бог с ними, с теми хоромами, я там сидела, как в тюрьме, б-р-р! – Марьяна, похоже, передернулась. – После развода Валерка купил мне отличную студию в новом жилом комплексе – тоже центр, но вид на реку, рядом парк, красота! И еще денег дал, не пожмотился, я на них открыла свой цветочный магазинчик, называется «Ароматы любви», ага… Ой! – до меня донеслась приглушенная трель. – В дверь звонят, это, наверное, маникюрша явилась, договорим в другой раз, хорошо? – и она бросила трубку.

– Прекрасно, – запоздало согласилась я.

Чайник закипел. Ленясь включать кофеварку, с которой, как и с прочей техникой, у меня сложные отношения, я залила кипятком ложку молотого кофе в кружке и села за стол – ждать, пока мой утренний напиток дойдет до кондиции, и думать, что делать дальше.

Обстоятельно поразмыслить не успела – опять затрезвонил мобильный.

– Значит, так, – непререкаемым тоном сказала Ирка. – Очередное барбекю пройдет с опережением графика, потому что рыба ждать не может.

– Какая рыба? Твой Моржик? – не поняла я.

– Морж, чтоб ты знала, – это не рыба, а единственный современный вид морских млекопитающих в семействе моржовых парвотряда ластоногих! Это во-первых.

– Ты меня поражаешь. Какие знания!

– А во-вторых, я, конечно, иногда называю Моржика своей рыбкой, но не позволила бы ему единолично решать, когда нам устраивать барбекю.

– Вот! Очень правильная организация брачного союза, – одобрила я. – А то некоторые позволяют своим мужикам тотально доминировать, потом не знают, как от такого счастья избавиться.

– Это ты о ком сейчас? – заинтересовалась подруга. – Нет, погоди, не рассказывай, сначала я закончу про нашу рыбу, это важно. У меня в морозилке осетр лежал – здоровый, как полено, на семь кило. Я думала его к какому-нибудь празднику употребить, но мои башибузуки вчера вернулись из набега с добычей.

– Кто бы сомневался, – пробормотала я.

Если у фабрики мороженого был шанс избежать разграбления, то лишь таким способом – выплатой знатной дани.

– Восемь кило пломбира разных сортов, Лена! Во-семь! Осетра из морозилки пришлось выселить, мы его замариновали, и завтра он будет готов. И вы будьте готовы!

– Всегда готовы! – козырнула я.

– Вот то-то. А Лазарчук, представляешь, выкобенивался – у него, мол, совещание у высокого руководства, не может он не явиться к генералу! Каково, а? К осетру он не явиться может, а к генералу не может! – возмутилась гостеприимная подруга. – Пришлось пообещать еще дегустацию кедровой самогонки, только тогда этот стойкий оловянный полковник сдался. Да, кстати! – Ирка сменила тон. – Он добыл информацию про водителя взорвавшейся девушки, у нас есть ФИО, телефон и даже адрес по регистрации!

– Диктуй! – я потянулась и сдернула с холодильника блокнот на магните, в котором члены моего дружного семейства пишут друг другу записки.

– Э нет! – заупрямилась подруга. – Я сказала – у нас есть эта информация! Я не хочу, чтобы ты помчалась туда без меня, желаю тоже участвовать в расследовании.

– Но у тебя же дети…

– В клети! – перебила меня Ирка. – Они вчера налопались мороженого, теперь хрипят, сипят и потому сидят дома – все трое, и башибузуки, и их ластоногий папочка! – в тоне подруги занятно смешались негодование и радость. – Так что сегодня у нас никаких уроков, тренировок и прогулок, на хозяйстве остается Моржик, а я до пятницы совершенно свободна!

– И?

– И скоро за тобой приеду.

– И?

– И мороженого привезу! Вам клубничное или крем-брюле?

– И клубничное, и крем-брюле, и можно без хлеба!

В общем, через полчаса вчерашняя сцена «Здрасьте, я ваша тетя из Бразилии, где много диких пирожков!» повторилась с мороженым.

А еще через час мы опять катили по проселку за городом, причем за рулем на этот раз была я – явление редкое и общественно опасное, но теоретически допустимое в безлюдной местности.

Дичь и глушь, в которой мы оказались, доверившись коварному навигатору, позволяла посадить за руль хоть макаку, чем Ирка и воспользовалась, заставив меня поменяться с ней местами.

На заднем сиденье кротко помалкивал Данила. Лишь время от времени, когда машина подпрыгивала на очередной кочке, он стукался макушкой о крышу и тихо шипел. Ирка ни этих болезненных звуков, ни моей зверской гримасы (а я страдала, сознавая свою ответственность) не замечала, упиваясь новой для нее руководящей ролью.

Информацию, полученную от Лазарчука, она выдавала нам строго дозированно, максимально растягивая удовольствие. Пока мы ехали по шоссе, вообще молчала, начала делиться сведениями, только когда пересела на место штурмана, уступив мне сомнительную честь гнать нашу тачанку по пампасам.