Читаем Полупризнание полностью

Стало ясно, почему Ясуко затруднялась сделать вывод. Кадзи ждал не известие. А чего-то другого, что должно прийти от той «организации».

— В следующий раз непременно придет то, что нужно.

Уэмура бросал приманку, но Кадзи не приблизился к ней. Ничего не оставалось, как продолжать разговор. Прошло уже почти пять минут.

— Кадзи-сан, на самом деле вчера, в своем утреннем выпуске, газета «Тоё» опубликовала информацию, касающуюся некоторых моментов, связанных с вашим делом…

Похоже, он знал об этом. На лице Кадзи не было удивления, только глаза его подернулись грустью.

— В том числе и о том, что вы ездили в Кабукитё.

— Нет, я…

— Но это не означает, что последствия будут для вас неблагоприятны. Я считаю, что если вы скажете правду, то этот факт можно будет повернуть в вашу пользу.

— Поэтому, Уэмура-сан…

Адвокат не уступал.

— Люди бессердечны. Им сообщили только то, что вы ездили в Кабукитё, а истинная причина им неизвестна. Сплетники будут весело обсуждать, как вы, бросив тело жены, возможно, предались сомнительным развлечениям… Вас это устраивает?

Кадзи, слегка вздохнув, произнес:

— Мне все равно.

— То есть вы прикрываете полицейское управление. А что же они?

В голове Уэмуры пронеслась мысль, что, возможно, их подслушивают, но он продолжил:

— Полиция вас бросила. Можно сказать, оставила на произвол судьбы. Вам ничего не остается, как самому восстанавливать свое доброе имя.

Кадзи потупил взор.

— У меня нет доброго имени, которое надо восстанавливать. Я этими вот руками задушил жену.

Уэмура подался вперед.

— Мне тоже сорок девять лет, как и вам. Я жил в полную силу. Было и то, чем я могу гордиться, и наоборот. Но, дожив до такого возраста, отрекаться от всей своей жизни невыносимо. Слишком мучительно отказываться от всего, даже от своего человеческого достоинства, и стать вычеркнутым из общества. Вы так не считаете?

Перегородка запотела от дыхания Уэмуры. «Я обманулась…» — зазвучал в его ушах ворчливый голос Акико.

— Кадзи-сан, времени уже почти не осталось. Ответьте мне, пожалуйста: вы ведь ездили в Кабукитё, да?

Кадзи закрыл глаза.

— Нет… Я бродил по улицам в поисках места, где мог бы умереть.

Уэмура почувствовал сильный гнев. Они одного возраста. Оба потерпели поражение в жизни. Но сидящий перед ним человек даже не пытается разделить с ним свое горе…

И тогда Уэмура надавил на его слабое место.

— Хорошо, я скажу вам правду. Симамура Ясуко, сидя передо мной, признала, что вы ездили в Кабукитё. Я собираюсь рассказать об этом прессе. А когда многочисленные журналисты начнут атаковать вопросами вашу свояченицу, она, наверное, не окажет сопротивления…

Кадзи широко открыл глаза.

— Кадзи-сан… Я хочу услышать правду от вас. Зачем вы ездили в Кабукитё? Что вы скрываете?

Кадзи выпрямился. Его губы зашевелились. В этот момент дверь за его спиной открылась.

— Время вышло.

Кадзи, отодвинув стул, поднялся.

— Должно остаться еще четыре минуты! Я подам жалобу за препятствие свиданию!

Надзиратель, не глядя на Уэмуру, дал Кадзи команду на выход. Тот низко склонил перед ним голову.

— Прошу вас. Только одну минуту… Ради бога, умоляю вас…

Надзиратель, растерявшись, тихо поговорил с кем-то за дверью и вышел.

Кадзи прямо посмотрел на Уэмуру. Глаза его были полны глубочайшей печали. Сам того не замечая, он готов был уступить.

— Я потерял сына, умершего от болезни, и убил жену. Но, несмотря на это, я решил жить, опозорив себя, поскольку верю, что есть человек, который еще нуждается даже в таком, как я. Мне рассказали об этом. Поэтому еще год… только год…

Человеку суждено жить под небом лишь полвека…

Уэмура приложил ладонь к перегородке.

— Я не понимаю. Что вы хотите сказать? Кто и о чем вам рассказал?

— Этого я сказать не могу. Я хочу защитить его. Только его…

— Но…

Кадзи чуть приблизился к адвокату.

— Уэмура-сан, у вас есть человек, которого вы хотите защитить?

В это мгновение голова Уэмуры совершенно опустела. Он был в замешательстве, ибо не мог вспомнить ни чьего-то лица, ни имени.

Дверь за спиной Кадзи распахнулась. В этот раз вместе с надзирателем вошел Коминэ. Взглянув на выражение его лица, можно было уже ни о чем не спрашивать.

— Пожалуйста, сохраните это в тайне.

С этими словами Кадзи вышел из комнаты для свиданий.

* * *

Уэмура рассеянно спускался по лестнице.

Дождь совсем закончился. Как только адвокат вышел на улицу, его тут же окружили многочисленные журналисты. Было и телевидение. Отдельно стоял Накао Ёхэй, лицо которого выражало одновременно надежду и беспокойство.

Перед лицом Уэмуры возникло большое количество микрофонов. Рядом находился старший адвокат Фудзими Тайдзо. Приглаживая густые брови, он явно беспокоился о том, удастся ли ему попасть в поле зрения телевизионных камер.

Уэмура почувствовал, что пришел в себя.

Мысли его закрутились в полную силу.

Что и как он будет говорить?

Кадзи ездил в Кабукитё. Достаточно подтвердить это. Станет понятно, что совместный сценарий полиции и прокуратуры — абсолютная ложь. Телевизионные каналы по всей Японии покажут Уэмуру, раскрывшего неслыханный скандал.