Читаем Полуночный киносеанс полностью

– Пойдем же, Ханна! – Джейн схватила ее за локоть. – Не будь занудой! Твоя осторожность понятна, но что может плохого с нами случиться в кинотеатре? Мы либо классно повеселимся, либо умрем со скуки, только и всего.

– Я об этом и говорю, – с энтузиазмом воскликнула Мила. – А если уж совсем будет скучно, мы встанем и уйдем. И никаких проблем!

Мила подхватила Ханну за руку с другой стороны:

– Ну, признайся, что мы тебя убедили!

Вместе они потянули подругу внутрь кинотеатра, и Ханна поддалась уговорам, хотя все еще продолжала внутренне сопротивляться.

– И все-таки мне кажется очень странным, что на торжественное мероприятие пригласили только нас четверых и больше никого, – вяло защищала она свою точку зрения.

– Кто знает, может, нам отправили эти пригласительные билеты, потому что мы никогда бы не пошли в кино за деньги, – пошутила Мэри Хэмптон.

– Конечно, это не говорит в пользу фильма, но дареному коню в зубы не смотрят, так что давайте пользоваться случаем, – поддержала ее Джейн Брикстон и категорически добавила: – Не знаю как вы, а я от своего пригласительного билета отказываться не намерена.

– Я всегда хотела побывать одна в пустом кинотеатре, – двусмысленно промурлыкала Мэри. В глубине души она тоже думала, что обстоятельства, при которых они вчетвером оказались в полночь в опустевшем городе, выглядят, по меньшей мере, странно, если не жутковато. Но ей не хватило смелости открыто сказать об этом давним подружкам, чтобы не показаться в их глазах трусихой.

Если бы она только знала, что на душе у других участниц их компании творилось примерно то же самое. И никто не решался сказать об этом другим!

– Да, свой билет я не выброшу, – упрямо повторила Джейн, будто пыталась убедить саму себя и заглушить свой внутренний голос, предупреждающий об опасности.

– Я иду с тобой! – поддержала ее Мила.

Ханна все еще медлила.

– Наверное, нам сейчас никто не приготовит попкорн, – почему-то произнесла она рассеянно. – Какое же кино без попкорна?

«Боже, какую чушь я несу!» – подумала про себя она.

– Ничего страшного, разок можно обойтись и без него, – отозвалась на замечание подруги Джейн. – В общем, будь умницей и не порти всем вечер! Главное, что мы хотим повеселиться, и это наш случай!

Она еще активнее потянула Ханну за локоть к входу в кинотеатр.

– А повеселимся мы однозначно! – заверила ее Джейн.

Вместе они подошли к раздвижным дверям, распахнувшимся перед ними словно по мановению волшебной палочки. Фойе было ярко освещено, но, кроме подруг, в нем не было ни души.

«Как таинственно! – подумала Мэри Хэмптон. – Все-таки что-то здесь не так, как должно быть».

Она замедлила шаг и оказалась позади остальных женщин. Ей вдруг стало жутко от одной мысли о том, что им придется сидеть в пустом кинозале. Лучше было бы согласиться с Ханной и как можно быстрее отсюда уйти. Но тогда бы она призналась в собственных страхах, а на это она пойти не могла. Не хватало еще, чтобы подружки высмеяли ее за трусость!

– Ну, пойдем уже, – настойчиво позвала ее Мила, затем схватила ее за руку и потянула за собой. – Ничего с нами плохого не случится, хватит бояться. Ну, в крайнем случае, покажут скучный фильм.

– А если нам не понравится, то мы сразу же уйдем, – поддержала подругу Джейн. – Зато хоть раз в жизни посмотрим фильм в полностью пустом кинотеатре.

– Не уверена, нуждаюсь ли я в подобном жизненном опыте, – промямлила Мэри, но все же дала увлечь себя, чтобы в глаза других не быть капризной занудой.

* * *

Петер покинул игорный зал в полном смятении. То, что произошло за рулеткой, вдруг открыло ему глаза. И он со всей ясностью осознал, что же в его жизни важнее всего. Он разом перестал понимать, для чего предпринимал все эти якобы срочные командировки и так легко менял свою совесть на амурные увлечения. Сейчас он ощущал себя гнусным подлецом за то, что делал выбор в пользу других женщин и предавал доверие Ханны.

А ведь когда-то он так гордился тем, что она согласилась стать его женой! Он ощущал себя на седьмом небе всякий раз, когда она прикасалась к нему.

Но потом, спустя несколько лет после свадьбы, будни незаметно стали все больше и больше накладывать свой унылый отпечаток на их отношения. Пока волнение окончательно перестало возникать в их душах при виде друг друга. И тогда Петер попробовал внести в свою жизнь хоть какое-то оживление за счет внебрачных связей.

Теперь, когда Ханна об этом узнала, и он вполне обоснованно опасался, что она подаст на развод, Петер в полной мере осознал, чего он добился своими любовными связями на стороне и как больно сделал своей жене. Она по-прежнему для него много значила! Он не понимал, что на любовные отношения его, по большому счету, тянуло лишь банальное желание покорять, завоевывать «новые территории». Возможно, запретный плод будоражил его воображение и вносил в будни новизну и недостающее ощущение опасности. Но привлекательность этой новизны быстро улетучивалась, и Петер терял интерес к подобным аферам.