Читаем Полуночная девственница (СИ) полностью

Хэйден знал, что главным было отнюдь не изображение. Врач должен был вывести звук их сердцебиения. Только тогда стало бы понятно, развиваются ли они дальше или её беременность замерзла.

— Я вывожу звук, — прокомментировал свои действия врач.

Николетта опять зажмурила глаза и обратилась в слух. Сначала послышались какие-то сторонние шумы, звуки бурчания её живота, а затем утробное сердцебиение. Доктор Томпсон сместил датчик. Тогда послышалось и второе. Сердцебиение близнецов было более быстрым и громким, чем их мать того ожидала. По удивлённым видам врача и Хэйдена та заметила, что не одна она была шокирована.

— Что-то не так? — спросила она. Молчание со стороны врача затянулось.

— С вашей беременностью все хорошо, однако сердцебиение плодов слишком быстрое для такого срока, — сказав это, доктор убрал датчик с её живота и протянул ей салфетку.

Оборотень оказался быстрее, выхватив салфетку из рук мистера Томпсона и сразу же принявшись старательно вытирать её влажный от геля живот.

— Раз это все… мы уже можем выписаться? — голубоглазый решил сменить тему и отвлечь доктора от этой ситуации.

— Я бы рекомендовал вам понаблюдаться несколько дней, мы выпишем ей несколько лекарств и витамины, — ответил врач, возвращая датчик на его исходное место.

— Хорошо, — с трудом выдавил брюнет. Ему уже очень давно хотелось сбежать из этого места, но из-за своей прихоти он не решался рисковать здоровьем своих детей и их матери. Голубоглазый выкинул салфетку в мусорное ведро, поправил её рубашку и уже было хотел двинуть каталку в сторону выхода, однако Николь придержала его за руку.

— Я хочу дойти до палаты самостоятельно, — запротестовала девушка. Райнхард не стал спорить с ней при докторе — молча подал ей руку.

Николетта свесила ноги с кровати и медленно опустила их на пол.

— У тебя нет обуви, — запоздало подметил мужчина.

— Полы в больнице довольно чистые, — врач встал на защиту полов, неоднозначно посматривая на бахилы, надетые на Хэйдене.

Рыжеволосая встала на ватных ногах и сделала несколько шагов. Она будто в первый раз начала ходить. Медленно девушка вышла из кабинета и вдоль стены направилась в свою палату. Оборотень молча катил за нею койку.

— Никки, о боже! — от созерцания пола её отвлек испуганный голос матери.

Миранда кинулась обнимать и целовать дочь раньше, чем та сумела что-то понять. Кэсседи на тот момент уже успокоилась, вытирая руками мокрые от слезы щеки. Не теряя времени, она кинулась Николетте в ноги обнимать её еще крепче матери.

— Что вы… Да все уже хорошо… Я в порядке, правда! — девушка была в шоке от такой семейной встречи. — Пожалуйста, давайте пройдем в палату, — ей не хотелось смущать врачей и других пациентов.

Успокоить их удалось спустя несколько минут и с большим трудом. Хэйден в это время молча отвез каталку обратно в палату.

— Со мной все хорошо и с беременностью тоже, — в который раз заверила их Николь, присаживаясь на кровать.

— Я так переживала! Когда я увидела… — тут Миранда запнулась, взглянув на младшую дочь. Видно было, что она не хотела, чтобы Кэсси узнала все тайны их семьи в столь раннем возрасте.

— Хэйден, не мог бы ты вместе с Кэйси купить воды и чего-нибудь перекусить? — вдруг попросила его женщина.

Мужчина стоял в дверях и не решался входить, чтобы не помешать их разговору. Он и сам хотел давно отсюда слинять, поэтому его даже не пришлось уговаривать.

— Пошли… — коротко скомандовал он, кивком головы указывая на дверь. Девочка испуганно посмотрела на мать и сестру.

— Иди-иди, — подтолкнула её мать с места. — Ты ведь хотела поесть.

Миранда проследила за дочерью и лишь тогда, когда дверь за ними закрылась, снова открыла рот.

— Он что-то сделал с тобой?

— Нет… он меня спас, — в его защиту бросила рыжеволосая. — Я споткнулась и упала, а потом очутилась здесь с кровотечением…

Миранда в ужасе закрыла рот рукой.

— …но все уже хорошо! Мы только что были на УЗИ, детям ничего не угрожает.

— Я рада, что все обошлось, — женщина взяла руку дочери в свои и стала нежно поглаживать. — Что он думает о твоей беременности?

— Я пока точно не уверена. Он говорил мне, что не может иметь детей, но… — она посмотрела на свой едва заметный животик, — …оказалось, что может. Только дело еще в том, что срок беременности больше, чем должен быть…

— Это нормально, ведь ты беременна от оборотня. Эти дети развиваются быстрее обычных до 25ти лет, а затем процессы старения замедляются, — пояснила ведьма, не переставая поглаживать руку дочери. По её виноватому выражению лица видно было, что в их семье некоторые тайны все еще оставались тайнами.

— Откуда ты это знаешь?

— Я ведь говорила, что ты — полукровка, Николетта, — выдала её мать.

— Полу-оборотень, полу-ведьма, — пояснила Миранда. — Лиам был оборотнем.

— А ты говорила, что он был простым рабочим и умер на стройке из-за несчастного случая…

— Он скрывал от меня это… Мы долгое время безуспешно пытались завести ребенка, а потом… потом у нас родилась ты и он все же рассказал мне правду.