Читаем Полуночная девственница (СИ) полностью

Её крик, словно выстрел, на мгновенье дезориентировал волка. Он попытался затормозить лапами, но столкновения уже было не избежать. Николетта зажмурилась со всей силы, выставив руку перед собой в качестве защиты.

"Пожалуйста, не надо!"

В ту же секунду, как волк достигает её тела, девушку слегка откидывает назад. Она чувствует, будто вся накопившаяся в ней боль разом вырывается наружу. Немного отойдя от аффекта, рыжеволосая открывает глаза и в растерянности оглядывается по сторонам.

Волка в комнате не оказалось, вместо него на деревянном полу осталась широкая борозда стертых до щепок досок. И эта борозда обрывалась прямо у её голых ног. Не веря в происходящее, Николь отползла на пятой точке назад, в ужасе поднеся трясущиеся руки ко рту.

Впереди борозды была лишь гора развороченных коробок и кусок голой стены, лишившейся какой-то части старых обоев. Значит ли это то, что это её рук дело? В глотке образовался тяжелый ком, а сердце забарабанило по грудной клетке. Она тяжело сглотнула, осматривая свои белоснежно-белые руки. Николетта тут же протрезвела, избавившись от своего легкого опьянения.

Они были такими же, как и прежде, не считая того, что кончики пальцев похолодели, а сами руки тряслись. Оулдридж не до конца могла поверить в то, что эти борозды оставила она… И, получается, что она стерла Райана? Ком подобрался к самому горлу вместе с тошнотой и ощущением тяжести в желудке. Её замутило.

Ника поднялась с холодного пола, неловко встала на ноги, поправив на себе теплую кожаную куртку. Она предчувствовала, что-то странное высвобождение боли было чем-то сверхъестественным. На ту секунду она перестала быть собой, будто что-то внутри неё давно ждало своего часа. Эта сила защитила её. Но какова цена?!

Она не хотела делать ему больно. Даже несмотря на то, как несправедливо и жестоко он с ней обошелся, она не хотела причинять ему боль. Когда она подумала о том, что Райан испытывал, когда её сила коснулась его, у неё резко заболела голова. Ей стало нечем дышать.

Вдруг что-то в коробках зашевелилось, а после ей показалось, что она видит окровавленную руку. Николетта осторожно прошлась по деревянным щепкам, стараясь не загнать себе заноз и не пораниться. Подойдя к коробкам ближе, она тут же отпрянула, так как тело под ними зашевелилось.

Райан резко откинул несколько придавивших его коробок в сторону, вдохнул в легкие кислород, смешавшийся с едкими частичками пыли. От этого непонятного выброса энергии он на какое-то время даже забыл, как дышать, его частично ослепило. Если бы в тот момент не началось обратное превращение, его мышцы бы содрало с костей, но сейчас он обошелся лишь содранной в нескольких местах кожей.

— О боже мой… — со слезами на глазах протянула девушка, разглядывая то, что она с ним сделала.

— П-почему бы тебе не закончить начатое? — со смешком полюбопытствовал оборотень, с неподдельным интересом оглядывая её испуганное лицо. Ха. И как долго она решила скрывать свою истинную сущность от него?

— Райан, я не… — она с трудом могла говорить. — Я не хотела, — добавила Николь, присаживаясь рядом с ним и с осторожностью направляя в его сторону свои руки.

Она боялась прикоснуться к нему, но хотела чем-то помочь.

— Что я могу сделать? — в растерянности девушка посмотрела в его голубые глаза, ища в них подсказку.

— Так убивать меня ты не собираешься? — ответил оборотень встречным вопросом.

— Конечно, нет… — с дрожью в голосе прошептала та. Ей было невыносимо больно думать о том, что его не станет.

— Даже после того, как ты узнала, что я изнасиловал тебя даже не как человек? — саркастично добавил оборотень. Он не мог принимать существование такой всепрощающей девушки, какую она из себя строила. Он не верил в то, что она может все еще оставаться такой чистой и невинной, что бы это не значило.

Она ничего не ответила: просто перевела взгляд на колени, почти касаясь пушистыми ресницами своих щек.

— Значит, все-таки хотела… — самодовольно протянул брюнет, кривясь и хватаясь за рану на своем животе.

— Не хотела! — твердо отрезала Ника. Её голос был необычно уверенным и резким. — Я не хотела делать тебе больно… и убивать кого-то, тем более. Тогда я просто не хотела, чтобы то, что было в лесу, повторилось, но, если бы я знала, что делаю… точнее, что сделаю с тобой, — взглядом она указала на его раны, — я бы постаралась этого не делать… я не знаю, как это произошло, я бы не стала… — тут девушка вцепилась пальцами в свои волосы и разразилась рыданиями.

— Если бы ты этого не сделала, ты бы умерла… или была изнасилована, Никки, ты это понимаешь?

— А ты хотел, чтобы я умерла? — спросила она, закрывая рот рукой, чтобы сдержать свои тяжелые всхлипы.

— Нет… я… нет… — он тут же ощутил странную сухость во рту при мысли, что в эту ночь её могло бы не стать. Её. Такой нежной и доброй, по-своему неуклюжей и чертовски странной. Пожалуй, именно сейчас он понял, что чувствует к ней не только сексуальное влечение. — Я не хотел, чтобы ты умерла. И не хотел делать это с тобой, когда я не в адеквате.

— А в нашу первую встречу? Ты хотел меня… — тут она и закончила.