Читаем Полукровка полностью

нужно выехать в прерию раньше и сделать еще больший крюк, чем тот, который предположительно могут дать краснокожие. Олд Шеттерхэнд и Виннету все это знали, поэтому лишь забрезжил рассвет, они выехали со станции, но не двинулись вдоль Уа-пеш, а свернули налево, к прерии.

На смену вчерашней буре явилось поистине чудесное утро. Воздух был свеж, прохладен и чист, а солнечный свет искрился в каплях росы, повисших на травяных стеблях. Природа словно проснулась, представ во всем своем великолепии. Поездка верхом в такую рань, среди такой красы, могла доставить истинное наслаждение кому угодно, но только не вестмену, намеревающемуся выслеживать врага. Редкое пофыркивание лошадей и глухой стук их копыт в такую погоду слышны издалека, а еще влажная трава долго будет хранить следы, создавая опасность для любого всадника, оставившего их.

Отряд из шести человек, удалившись достаточно далеко от Уа-пеш, двигался теперь на юг, в сторону горы Корнер— Топ. Ольховый родник начинался на западных ее склонах, но Виннету и Олд Шеттерхэнд ехали так, чтобы приблизиться к горе с востока. Они намеревались запутать преследователей. Склоны Корнер-Топа не были полностью покрыты лесом, на них при желании можно отыскать хорошее местечко для наблюдательного пункта, откуда появление команчей нетрудно будет заметить.

Обогнув прерию по большой дуге, всадники достигли подножия гор с восточной стороны. Осмотревшись в поисках укрытия, они без труда нашли его. Там оставили лошадей под присмотром четырех человек, а Виннету и Олд Шеттерхэнд взобрались на склон, чтобы оттуда осмотреть долину.

Редкий случай: четыре саксонца вместе, в самом сердце Дикого Запада, в лесной чаще, у Корнер-Топа! Хромой Фрэнк не замедлил высказаться по этому поводу:

— Судьба столкнула нас здесь для особой миссии!

— Вы правы, дорогой Фрэнк, — кивнул Хаз.

— А как же иначе? Я прав всегда! Вы скоро легко сможете убедиться в этом, а что касается всего прочего, то сам я настоящая загадка. Блестящие способности я держу при себе — лишь изредка люди могут заглянуть в недра моего необъятного разума, чтобы восхититься запрятанными там сокровищами. Как раз сейчас и наступает сей редкий момент! Это просто праздник для вас… ну и для меня, конечно. Вам ведь очень хочется знать, как мы сегодня справимся с команчами? Я уже готов довести до вас необходимое и позволю направлять ко мне любые ваши вопросы. Говори первым ты, дорогой мой кузен Дролл!

Дролл слишком хорошо знал, чем могут закончиться подобные измышления Фрэнка, потому покачал головой и произнес:

— Почему я, дорогой Фрэнк? Готов уступить первенство этим двум джентльменам.

— Ты прав, кузен! Никогда не забуду одного профессора зоологии, который всегда говорил: «Учтивость — это тот врожденный навык, от которого невозможно избавиться». Пожалуй, эта его мысль имеет под собой глубокие корни. Ладно, пусть Каз скажет, что он хотел бы узнать от меня.

— Я? — вскинул брови тот. — Ничего мне не надо…

— Как? Совсем ничего? — искренне удивился Фрэнк.

— Абсолютно ничего, — подтвердил Каз.

— Ну а вы, Хаз?

— Тоже ничего, — ответил второй Тимпе.

— И вы это серьезно?

— Вполне.

Фрэнк скорчил такую гримасу, словно случилось что-то ужасное, чего он не в состоянии понять. На лице его нарисовалось удивление, затем глубокое раздумье и наконец гнев.

— Такого еще не бывало! — сердито забормотал малыш. — Или вы действительно те люди, которые ничего не хотят слышать, ничему не стремятся научиться у охотника прерий и укротителя медведей Гелиогабала Морфея Эдварда Франке? Мы здесь сидим в засаде — дожидаемся индейцев, собираясь перехитрить их и покарать за их наглость, но как-то забыли, что все это сможем осуществить только при незаменимом участии моей богатой опытом персоны! И в то же время рядом со мной находятся некие особы людской породы, которые убеждены, что им нечего меня слушать!

Пока в укрытии разыгрывалась эта забавная сцена, Шеттерхэнд и Виннету добрались до самой высокой точки Корнер-Топа. Как уже говорилось, наверху было достаточно пространства, не занятого лесом, откуда открывался отличный обзор окрестностей. Лучшее место, идеально подходящее для того, ради чего сюда прибыли оба кровных брата, оказалось на западной стороне вершины. Отсюда, сверху, долина просматривалась как на ладони, виден был даже ее противоположный край, находящийся на расстоянии, значительно превышающем английскую милю. Здесь белый и индеец остановились.