Читаем Половинки нас полностью

Я чуть не подпрыгнула на месте и, распахнув глаза, оглянулась на диван у левой стены. С него неспешно поднялся Заварский и приветственно кивнул. Мои глаза округлились сами собой.

В небольшом кабинете он выглядел таким высоким и внушительным. Снова в белой рубашке, оттеняющей красивый густой цвет волос и серо-зелёные глаза, тёмных узких брюках, в начищенных туфлях, – такой представительный и недосягаемый, что у меня что-то лопнуло в животе и, будто искрами разлетелось по всему телу, особо приливая к щекам. Вот и давление мигом скакнуло вверх.

– Что ты тут делаешь?!– не узнала свой голос, потому что тот вдруг стал ниже.

– Воспользовался советом: записался на приём, Анастасия Александровна,– не сводя с меня испытующего взгляда, ответил он.– Добрый день!

«Зачем явился?! Я же чётко дала ему понять… Или не чётко? Что я пропустила?»– растерянно подумала, но собралась, отстранилась от двери и, открыто глядя на него, настойчиво проговорила:

– Тебе к дерматологу, а не ко мне. Кстати, Лилия Николаевна Казанцева – неплохой специалист. Могу догнать…

Вероятно, он живо вспомнил Лилечку, что не сдержался и кисло поморщился. Да, меня тоже от неё нервно плющило.

– Нет, Анастасия Александровна, мне именно к вам,– ответил тот и снова вальяжно расположился на диване.

Что-то было в его настроении и виде, что настораживало. Но пока не могла разгадать его намерений, потому что такое поведение было нелогичным.

– У меня нет времени на разговоры. Прошу выйти из кабинета, ко мне сейчас клиент придёт,– вежливо потребовала, сунув руки в карманы брюк.

– Я и есть ваш клиент. Я записан на это время,– спокойно прозвучало в ответ. Он ни на миг не терял самообладания.

«Что за ерунда?»– вскинула брови я и с досадой ощутила, как внутри что-то задрожало, забилось неровно, и будто начала осыпаться, как штукатурка, моя защита.

– У тебя нет приёма. В это время у меня записан другой…

– Всё меняется,– с самодовольной улыбкой протянул талон Мирон.

Не веря своим глазам, выхватила бумажку, подошла к компьютеру и включила график записи. И действительно в него было внесено изменение: в списке стояла фамилия Заварского.

«Да что ему нужно?»– в который раз задалась вопросом, не находя ответа, кроме сумасбродных вариантов: унизить меня, придушить, замуж позвать… Но такой бред трудно представить в реальности.

– У меня есть предложение,– продолжил Мирон.

– Кредитование, страхование жизни?– перебила я, поворачиваясь и косясь на дверь. «Какое ещё предложение?!»

Он засмеялся, великодушным кивком оценивая иронию.

– Это предложение другого рода.

– Не интересует,– решительно отказалась я, хмурясь от всё более явной болезненной пульсации в горле.

Мирон с усмешкой сдвинулся на край сиденья, неторопливо одёрнул воротничок рубашки, явно демонстрируя своё превосходство, и произнёс:

– У меня есть предложение, и я его озвучу, хотите вы этого или нет, Анастасия Александровна.

Почему-то срочно захотелось сбежать: чуйка всегда реагировала так, когда надвигалось то, чему я не могла дать быструю объективную оценку, а значит, и оценить последствия. Ненавидела такие ситуации. Редкость, но случалось. И чувствовать себя такой незначительной под его испытующим взглядом было очень неприятно.

– Вынуждена отказать в приёме,– категорически тряхнула головой и снова убрала руки в карманы.

– Но я заплатил за него…

Я тут же перешла на деловой тон:

– Сообщу в регистратуру, вам вернут деньги.

– Тогда буду вынужден жаловаться, что меня не хотят принимать в вашей клинике,– продолжая сканировать меня пристальным взглядом, возразил он.

А это была уже откровенная манипуляция. Но раздувать скандал на пустом месте не стоило. Хотя, скорее всего, Мирон не пошёл бы жаловаться. Однако, учитывая, что он без предупреждения явился сюда, настойчиво заявляет о каком-то предложении, к тому же я покусала его самолюбие, уверенности в выводах поубавилось.

Препираться с ним не было смысла, тем более стены здесь тонкие, могут и услышать, поэтому решила отставить эмоции и проявить профессиональную снисходительность.

– Что ж,– невозмутимо расправила плечи, прошла к креслу, деланно спокойно присела и, запустив таймер на часах, известила:– Пятьдесят минут в вашем распоряжении, господин Заварский.

– Таким временем я не располагаю, давайте как можно короче, доктор,– с явной издёвкой произнёс он и снова откинулся на спинку дивана.

Несомненно, это была провокация, и, глядя мужчине прямо в лицо, на котором отражалось самодовольство, я начинала подозревать, что он пришёл отыграться.

«И что же ты скажешь такого, что поразит меня пуще молнии?– подначивала саму себя.– Ну-с, послушаем!» Дала себе слово, что не выйду за рамки, но и не дам собой манипулировать, и намеренно снисходительно-вежливым кивком намекнула ему начинать.

– Как полагается начинать? Сразу с проблемы?– иронично прищурился Мирон.

«Хм, начитанный!»– потянулась за планшетом с ручкой и выдавила самую фальшивую улыбку, на какую была способна:

– Будьте любезны…