Читаем Полнолуние полностью

— Тут так получилось нехорошо, — судя по всему, подбородок у Зубарева чесался все сильнее, — в общем, умерла эта тетка.

— Умерла? — Перестав жевать, Илья замер, затем медленно положил вилку на стол и вытер запястьем губы. — Как, умерла?

— Ну, как умирают? — Оперативник, не поднимая головы, сосредоточенно разглядывал содержимое своей тарелки. — Пришел ее ненаглядный домой, само собой, подшофе. Она в это время на кухне копошилась. Ну сразу и огребла по полной программе, за то что с ужином еще не управилась. Там, оказывается, такая история вышла, мужик этот вроде как и раньше ее подмолаживал, но не так, чтобы часто. Сына побаивался. Сынулька у них, между прочим, спортивный, чемпиона области по боксу взять успел, правда, среди юниоров.

— И куда он сейчас делся, чемпион этот?

— А куда у нас юниоры деваются? Юниоры идут либо в институт физкультуры, либо в армию. Этот, сам понимаешь, боксер, ему мозги с детства подтряхивают. Так что ему в армию, конечно, проще было. Вот он в мае и ушел. Знаешь, мне что участковый рассказал? Эта тетка на календаре дни зачеркивала, сколько он уже отслужил. Но это ладно, говорят, так многие делают.

Но она ведь каждый день рядом числа подписывала! Одно число, сколько дней с призыва прошло, а другое — сколько парню до дембеля осталось. Одно число каждый день на единичку увеличивается, а другое уменьшается. Сто девяносто три у нее уже прошло, значит, а сто семьдесят два еще потерпеть надо было. Представляешь?

— Я представляю, — сухо отозвался Илья. — Так что у них дальше случилось?

— Дальше, если словам мужа верить, она психанула, схватилась за нож или замахнулась даже, он в показаниях путается. Говорит, так испугался, что дальше ничего толком не помнит, вроде как оттолкнул ее еле-еле. В результате от этого его «оттолкнул» она вылетела из окна пятого этажа. Сам понимаешь, от этого, как правило, умирают.

— А нож?

— Что — нож? — Вадим удивленно взглянул на Лунина.

— Она вместе с ножом выпала?

— Ах это. — Зубарев пожал плечами. — Это так важно? Я могу позвонить, уточнить.

— Ты прав, это уже не важно. — Поднявшись со стула, Илья на мгновение застыл в нерешительности, затем наклонился к столу и оперся о него левой рукой. — Нехорошо, наверное, будет.

Правая кисть, постепенно сжимаясь в довольно внушительный кулак, двинулась по широкой, слишком широкой для хорошего удара траектории. Движение это отнюдь не было ни эффектным, ни слишком быстрым, но все его недостатки искупались одним, необыкновенно ценным достоинством — неожиданностью. В последнее мгновение Зубарев, увидев мчащееся ему к лицу нечто, успел лишь удивленно хлопнуть ресницами, а затем, вместе со стулом, полетел куда-то спиной вперед. Полет этот оказался совсем недолгим. Сперва в преграду на полной скорости врезалась спинка стула, а спустя тысячную долю секунды затылок оперативника глухо ударился о пол.

Склонив голову набок, Илья с любопытством рассматривал лежащего на полу человека.

— А, нет, хорошо получилось, — в итоге вынес вердикт Лунин и вновь занял свое место перед тарелкой с недоеденной пастой.

Спустя некоторое время под столом послышалось шевеление, а затем, спустя еще несколько секунд, Зубарев ухватился рукой за край стола и кое-как встал на ноги. Довольно долго он стол неподвижно, бессмысленно глядя куда-то в противоположную стену и ощутимо покачиваясь из стороны в сторону, затем, окончательно придя в себя, обошел стол и сел напротив Ильи.

— Скажи, Лунин, — Зубарев протянул руку и крепко зажал в кулаке лежащую на столе вилку, — мы с тобой друзья? Я имею в виду, мы еще друзья?

— Думаю, да, — после некоторых размышлений отозвался Лунин.

— Тогда ладно. — Вилка выскользнула из медленно разжавшихся пальцев оперативника. — Понимаешь, я ведь не могу позволить, чтоб мне по роже колотил первый попавшийся жирный придурок.

— Я не жирный, — с обидой в голосе отозвался Илья.

— Значит, со всем остальным ты согласен, — кивнул Зубарев и тут же схватился рукой за разбитый затылок. — Знаешь, ты тут доедай, если хочешь, можешь даже из моей тарелки забрать, а я пойду прилягу на полчасика.

— Может, лед приложить? — забеспокоился Лунин.

— Спокойно, — Вадим упреждающе вскинул руку, медленно вставая из-за стола, — все, что мог, ты уже приложил. Думаю, на сегодня вполне достаточно.