– Да не помню уже, давно это было. – Хованский вздохнул. – Ладно. Сделаем так. Пусть эксперты на месте посмотрят все как следует. Если будут какие-то зацепки, тогда дела объединим. А пока пусть районный следователь бумажки заполняет. Тебе, думаю, кроме этого есть чем заняться. У тебя все?

– Не совсем, – заторопился Лунин, – еще вот это дело по исчезновению Слепцовой. Это та девочка, которая год назад пропала. Мне бы на материалы дела взглянуть.

– Как у тебя все просто. Взглянуть! – фыркнул Хованский. – Тебе что, его на дом привезти надо? Ты, Илюша, это себе как представляешь?

– Я могу поехать в район, ознакомиться с делом там. Но это займет у меня день минимум. – Илья прислушался к молчанию в трубке. – Или не могу?

– Не можешь, конечно. – Генерал энергично выругался, вспомнив несколько выражений, эффектно звучащих, но не несущих особенной смысловой нагрузки. – Ладно, будет тебе дело. Я позвоню, завтра привезут. Теперь все?

– Ну что вы, я только начинаю, – почувствовав, что начинает задыхаться, Илья пошел медленнее, – лучше, если тело на вскрытие к нам заберут, не в район. Так что хорошо бы к утру машину с медэкспертом и криминалиста. Лучше Карпольцева, он самый опытный.

– Боюсь, Илюша, ты переоцениваешь мои возможности, – хмыкнул генерал, – машину-то мы без проблем организуем и людей отправим, раз уж так вышло.

А вот насчет Карпольцева не обещаю. Заставить его на ночь глядя тащиться черт знает куда… Я тебе так скажу: мне самому проще приехать.

Илья промолчал, давая возможность Хованскому самому принять решение.

– Ладно, – Дмитрий Романович вздохнул, смирившись с неизбежным, – поговорю я со стариком. Но если все зря окажется, ты, Лунин, пожалеешь, что вообще мне сейчас позвонил. Перспектива ясна?

– Как никогда! Спаси…

Телефон, уже несколько раз предупредительно попискивавший, издал еще один, жалобный стон и отключился. Илья сунул трубку в карман, решив, что генерал как-нибудь сумеет подобрать последний слог к так и недоговоренному слову.

Выспаться ночью не удалось никому. Решив, что оставлять молодых оперативников в теплой машине наедине друг с другом и наверняка припасенной очередной фляжкой с коньяком будет неправильно, Илья бесцеремонно ткнул пальцем в Макарова.

– Ты. Остаешься здесь. – Лунин распахнул дверь «хайлендера», в котором, откинув спинку пассажирского сиденья, уже удобно устроился Зубарев. – Вадим, вот тебе напарник. Четыре часа дежурите вы, потом мы с Кольтом вас сменим.

– Без проблем, – флегматично отозвался оперативник и поманил пальцем лейтенанта. – Чего стоишь? Садись, погреешься.

– Вы только тут сильно не перегревайтесь, – настоятельно посоветовал Илья, – мне надо, чтобы к дому никто не совался. Я звонил Кнолю, он обещал прислать пару человек с машиной. Пусть станут так, чтоб фарами лучше подсветить, но сами внутрь пусть тоже не лезут.

– Ох, Лунин, что бы я без твоих советов делал. – Демонстративно зевнув, Зубарев захлопнул дверь, давая понять, что в дальнейших инструкциях не нуждается.

– Ты, – Илья повернулся к прыгающему то на одной, то на другой ноге Кольту, – идешь спать. В три тридцать жду тебя здесь. Все понятно?

– Понятно, – поспешно кивнул лейтенант и тут же растворился в окружающей Лунина темноте.

Достав из багажника предусмотрительно прихваченный в поездку мощный фонарь с длинной рукояткой, Илья подошел к почерневшим руинам сгоревшего дома. Неуверенно потоптавшись на крыльце, он прошел внутрь. Сделав всего несколько шагов, Илья пожалел о своей идее. Ноги по щиколотку проваливались в угольно-черную, постепенно замерзающую кашу. Взглянув на недавно купленные зимние ботинки, Илья с грустью подумал, что поверх обуви стоило бы натянуть бахилы или хотя бы какие-нибудь пакеты.

Планировка в доме Колесниковой отличалась от той, что была в предоставленном Илье коттедже. Она была более традиционной: с обособленной от гостиной некогда достаточно просторной кухней, теперь заваленной грудами разломанной мебели, рухнувшими вниз балками перекрытия и покореженными, скрюченными стальными листами кровли. Кое-что пожарные все же вынесли, и благодаря их усилиям Лунин в ярком круглом пятне светового луча мог беспрепятственно видеть обгорелое тело, сидящее на полу прямо у самого входа в кухню. Тело именно сидело, прислонившись спиной и затылком к стене и безучастно глядя прямо в ослепляющее светодиодное пятно фонаря пустыми глазницами, содержимое которых бесследно исчезло в яростно бушевавших не так давно в этом доме клубах пламени.

Не в силах выдержать этот равнодушный, но в то же время укоризненный взгляд, Илья отвел фонарь в сторону, а затем, осторожно ступая, начал пробираться к выходу. Делать ему здесь было нечего. Надо было дожидаться приезда медиков и криминалистов. Только они могли дать какую-то, возможно, полезную для раскрытия дела информацию. Надо было идти спать.

Глава 7

Утро вторника